Семь сувениров - Светлана Еремеева Страница 107

— Да. Из отдела по работе с детьми.

— Но что случилось?! Я имею право знать!

Следователь оторвал взгляд от блокнота и отчетливо, размеренно произнес:

— Ваша дочь, а также группа других подростков обвиняются в избиении ребенка.

— Ребенка?!

— Да.

— Какого ребенка?

— Девочки, – тихо сказала Нина. – Это девочка из соседнего подъезда.

— А почему они ее избили?

— Это как раз выясняют. Но не это главное. Девочка эта, возможно, останется инвалидом. Сейчас выясняют вину каждого. Они ведь еще все это снимали на смартфон и транслировали в интернет.

— Что?!

— Да… – с горечью подтвердила Нина.

— Да, уважаемый, именно так, – заключил следователь. – Мы должны сделать предварительные выводы о мере пресечения.

— Уму непостижимо! Не верю своим ушам! Вера всегда была таким тихим, спокойным ребенком.

Николай растерянно смотрел то на Нину, то на ее знакомого, то на следователя.

— А как вообще вы здесь оказались? Вы же были на даче.

— Меня вызвали по работе, – отозвался знакомый Нины.

— Да, – встрепенулась бывшая супруга Николая. – Это Дмитрий. Из-за всей этой ситуации забыла вас представить друг другу.

Николай посмотрел на Дмитрия исподлобья. Он не мог заставить себя притворяться, что рад знакомству. Дмитрий, по всей видимости, так же был не в силах надеть светскую маску и смотрел на Николая крайне недружелюбно.

— Рад, – процедил он.

— И я тоже, – тихо ответил Николай.

В коридоре тем временем послышались шаги. В гостиную вошла Вера в сопровождении женщины в полицейской форме. Николай не верил своим глазам. Он смотрел на дочку и не мог представить, что этот ангелок, который был всегда таким кротким, таким тихим, мог избивать девочку из соседнего двора, да еще и в группе других подростков. Увидев Николая, Вера метнулась к нему и обняла за шею. Николай, в свою очередь, со всей силы обнял Веру и усадил ее рядом с собой.

— Как же это произошло, Верочка? Скажи мне.

Вера молчала и, потупив взгляд, прижималась головой к его плечу.

— Как же так, Вера? Скажи мне – почему?

— Потому что так было нужно, – вдруг каким-то непривычным, слишком уверенным, убежденным тоном отчеканила Вера.

— Нужно?! – воскликнул Николай. – Что ты говоришь! Как это нужно?!

— Девочки сказали, что ее нужно наказать, потому что она не дала деньги.

— Деньги? Какие еще деньги?

— Она должна была дать деньги.

— На что?

— Это секрет, папочка, это секрет.

Женщина-полицейский откашлялась и тихо сказала:

— И вот так все время. Спрашиваю – какие деньги? Говорит – секрет. И другие девочки молчат. Ну ничего. Мы все узнаем, – заключила сотрудница полиции, взглянув на Веру.

— Не узнаете! – крикнула Вера неожиданно громко и грубо.

— Вера! – встрепенулась Нина. – Что это за тон! Как ты себя ведешь!

Вера молчала, искоса поглядывая на мать. Николай поймал себя на мысли, что дочка напоминала ему в этот момент какого-то зверька – то ли волчонка, то ли рысь, но зверек этот был каким-то странным – механическим, неживым, похожим на покемона. Ее глаза только казались диковатыми и злыми, на самом же деле эта злоба и диковатость были словно нарисованными, диджитализированными. Ее лицо искусственно выражало что-то одновременно дикое и механическое, искусственное. Никогда раньше он не замечал в дочери подобных проявлений. В ней словно поселился кто-то другой, кто-то неизвестный ему.