Любить вампира – это хаос - Аура Хейс Страница 109

От моих слов дыхание у нее сбивается.

— Я не хотел, чтобы перед твоим первым укусом ты не узнала всей правды. К тому же, если я укушу тебя как твоя пара, это укрепит нашу связь, а я не хочу принуждать тебя к чему-то, не поделившись всеми фактами о вампирах. Видишь? Я настоящий джентльмен. – Я поглаживаю ее руки, наслаждаясь ощущением тепла. – Я хочу, чтобы ты была уверена в своем решении.

Уверена во мне. Но этого я не произношу вслух.

Именно в этот момент духовка пищит, оповещая о готовности ужина, и я вздыхаю. Накаленная атмосфера рассеивается, хотя мне этого и не хочется. Я нащупываю на полу нашу одежду, поднимаю ее и помогаю ей натянуть футболку. Когда ее голова проскальзывает в горловину, на ней появляется очаровательный беспорядок.

— Иди, вытаскивай ужин, пока он не сгорел, – кивает она в сторону кухни.

Я приглаживаю ее растрепанные волосы и, прежде чем исполнить приказ, целую ее в лоб.

Что бы эта женщина ни велела мне сделать, я все выполню. Она – единственная на этой земле, кому это дозволено.

— О, у меня для тебя есть подарок! – Я вспоминаю вещицу, которую раздобыл через своего человека, пока она была на работе.

— Серьезно? – Селин грациозно поднимается с дивана и подходит.

Меня отвлекает ее естественная, чувственная походка, и я завороженно наблюдаю за ней, но потом прихожу в себя и силой воли заставляю едва показавшиеся клыки втянуться обратно. Улыбка, мелькнувшая на ее губах, говорит мне, что она это заметила.

Отлично. Хочу, чтобы она каждый день видела, как на меня действует.

Я тянусь к одному из шкафчиков, открываю его и достаю заранее спрятанный там маленький подарочный пакет.

— Закрой глаза, – подразниваю я ее, целуя сначала одно веко, а потом другое. Ставлю пакетик ей на ладонь и отхожу. – Открывай.

Селин осторожно приоткрывает один глаз, будто я подарил ей бомбу. Она запускает ладонь в тонкую бумагу и достает гладкий кожаный футляр. Со щелчком открывает застежку и вынимает подарок.

— Нож?

Она крутит серебряный предмет в руках, любуясь безупречной работой.

— Ничего себе, какой острый! – восхищается Селин.

Она осторожно проверяет остроту лезвия, и я разрываюсь между желанием отдернуть ее руку, чтобы она не причинила себе вреда, и надеждой, что она все же поранится и я смогу вдохнуть удивительный аромат ее крови.

— Для чего он? – спрашивает она.

Я подтягиваю ее к себе за ремень, и она убирает нож, прежде чем положить мне руки на грудь. Ее пальцы перебирают серебряную цепочку на моей шее, а я прижимаюсь своим лбом к ее.

— В свете последних событий я хочу, чтобы ты была защищена. Знаю, ты и сама с этим прекрасно справляешься, но я не могу допустить, чтобы тебе причинили вред. – Последний солнечный луч, пробивающийся через окно, подсвечивает янтарные блики в ее волосах. – Меня это уничтожит.

— Я буду осторожна. Спасибо за подарок. – Селин целует меня в щеку. – Это очень красивый нож.

— Рукоять ручной работы, – поясняю я. – Я выбрал бабочек, потому что ты красива, но смертоносна, а значит, твой нож должен соответствовать.

Она тихонько смеется.

— Спасибо еще раз.

Мы замираем на какое-то время, и я просто наслаждаюсь близостью, вдыхая ее аромат.

Она, должно быть, не догадывается, что день, когда я устану от нее, никогда не наступит. Она – самое важное, центр моей бессмертной жизни.