Мрачные жнецы вечного департамента - Эдди Кан Страница 118

— Мои души! – Чихагук рванул к толпе, но Джиа вскинула пушку и сделала предупредительный выстрел. Пуля врезалась в чешую квемуля и со звоном отрикошетила под потолок.

— Беги отсюда! – крикнул Сонмин девушке и кинулся навстречу квемулю.

Чон проскочил под ногами твари и махнул клинком, проходя лезвием по икре Чихагука. Болезненно гаркнув, монстр припал на колено и махнул рукой, намереваясь отбросить Сонмина, но он ушел вбок, на его место быстро встал Мун и поднял клинок. Тэджон напоролся раскрытой ладонью прямо на острие кинжала и заревел.

— Почему ты выбрал четыре района? – Ненадолго отвернувшись, Сонмин метнул взгляд на вереницу женщин. В коридоре исчезли почти все, Джиа прикрывала их и считала по головам. Чон вновь перевел взгляд на монстра.

— И почему сотня женских душ? – Мун рывком выдернул клинок из ладони монстра, и тот зарычал.

Мрачные жнецы лавировали вокруг Тэджона, нанося порезы и колотые раны, но ничего из этого не брало его, хотя любой другой давно бы рассыпался пеплом. В каждый удар Сонмин вкладывал всю возможную злость, обиду и боль за отца, за Джиа, за всех похищенных и погибших. Чихагук порушил множество жизней и сколько еще мог забрать, посеяв хаос?

— Вы не смогли разгадать простую загадку, глупцы!– рассмеялся Тэджон, выкорчевывая из пола полуметровый сталагмит.– Четыре района – это четверка[54], означающая смерть. Женщины – это буквально источник жизненной энергии! А сотня душ…

— Это завершение[55], – догадался наконец Сонмин. Тэджон зарычал, но Чон не слышал его, переваривая мысль, что сотня душ значила завершение пути Чихагука. Квемуль намеревался закончить свое обращение, вернуть себе исконный вид и воплотить план по разрушению границ между мирами. Четыре района – начало погибели, сотня душ – завершение цикла и становление абсолютного хаоса. Изощренная головоломка…

— Но вы встали на моем пути, – процедил квемуль и снова кинулся вслед за уходящими жертвами, но последняя из них уже скрылась в коридоре, а на пути Тэджона встали Сонмин и Мун. – Надоедливые жнецы, вы поплатитесь за свое вмешательство!

Замахнувшись сталагмитом, Чихагук описал дугу в воздухе и вынудил парней разбежаться в разные стороны. Сонмин и Мун встали по бокам от Тэджона. Зарывшись в карман куртки, Чон вытащил чешуйку и кинул ее к ногам квемуля, перехватывая взгляд центральной головы.

— Однажды тебя уже ранили. – В груди начало клокотать от воспоминаний об отце. – Значит, не такой уж ты и неуязвимый.

Взревев, Тэджон бросился на Сонмина, но внезапно Мун перешел ему дорогу и метнул в воздух пригоршню золы. Траектория движения квемуля тут же сбилась, он отшатнулся и поднял руки к головам. Чон использовал шанс. Оттолкнувшись ногами от неровности в полу, он взмыл вверх и уцепился за набедренную повязку квемуля. Чон подтянулся и замахнулся кинжалом, метя прямо в сердце, где была сбита чешуйка, но Тэджон вдруг усмехнулся и саданул по себе ладонью.

Сонмина зажала рука размером с дверь автобуса. Удар оглушил его и придавил к броне из шероховатой чешуи; нос хрустнул, и по лицу разлилась кровь. Чон сдавленно крикнул, когда Тэджон стиснул его в руке и бросил об пол. Сонмин прокатился по неровной поверхности, неаккуратно врезаясь во все выступы и трещины. Кожу покрыли ссадины, нос онемел, кровь разрисовала лицо. Чон не мог понять точно, сломано ли ребро или это просто ушиб. Болело все тело.