Королева Лета, умри - Любовь Минеева Страница 123

— Вот здесь, в соломе зарыла, – сказала Камила, закрывая ворота. Она обошла Вику и принялась ворошить и без того растерзанный стог.

Вика, разглядывая громадину-сарай, не спеша подошла ближе. Под крышей хлопотали птицы, видимо, там было воронье гнездо. Через слуховое окно где-то под скосом в амбар доносились звуки праздника – музыка, смех. Народное гуляние набирало обороты.

Камила, видимо тоже услышав эти звуки, отвлеклась от своего занятия и подняла голову к окну:

— Вот же люди, да? Столько всего произошло – убийства, секта, пожар… А им хоть бы хны, снова праздник закатили. Сколько королев нужно выпотрошить, чтобы они наконец испугались хоть немного? Заткнулись и засели по домам, боясь нос на улицу высунуть? Ненавижу!

Вика удивленно посмотрела на свою спутницу. Камила сидела на корточках, сунув руки в соломенную кучу, смотрела в сторону и говорила словно бы не с ней. Лицо – бледное, как у утопленницы, рот гневно перекошен. А секунду назад смеялась, радостная от того, что они вот-вот напьются краденой самогонки!

— Марину вашу отпустили, ты знала? То ли под залог, то ли вообще… как свидетельницу. Зотов, поди, все свои связи подключил, козел старый. Спасает доченьку. А чего ее спасать? Столько дел натворили – и им все с рук сошло. А нас до сих пор гнобят!

— Ты о чем?

— Да так… Ни о чем. О папаше своем. Так и не прижился здесь. И работу нормальную не дали в колхозе. Всю жизнь в батраках, то у Зотова, то у Бероева… Ой, прости.

— Я не знала…

Вика в принципе не задумывалась, где и кем работает дядя Асхат. Слоняется пьяный по поселку в основном.

— Ничего. Ты хорошая девчонка. Сашка тоже хорошая была. Просила остаться у нее ночевать, чтоб я перед родаками не спалилась. Заботилась типа. – Камила горько усмехнулась и снова пошуровала в соломе. – На твоем месте, – продолжала она, – Диана должна была быть. Но вчера сказали, что не стать ей королевой. Твой отец сказал, что надело ему чужих дочек спонсировать. У него своя есть.

Вике расхотелось пить, расхотелось прятаться и быть рядом с этим злобным существом.

— В первый раз слышу… – пробормотала она, думая, как бы ей отмазаться от этой затеи и вернуться на праздник.

— Ой, ну конечно! – презрительно рассмеялась Камила и поднялась наконец с колен. В правой руке, опущенной вдоль тела, блестел стальным холодом большой кухонный нож.

Вика почувствовала, как земля уходит из-под ног. Бессознательно ладонь скользнула в карман джинсовки, за телефоном, но схватила только предательскую пустоту.

— Что ты делаешь?

— Свою работу. – она рассмеялась, и в этом смехе наконец-то прорвалось неприкрытое безумие. – Знаешь, я ведь мечтала быть парикмахером. Открыть свой салон красоты. Но стала никем. Чернорабочей в колхозе, никчемной, безликой и безымянной. Такой же, как мой отец – всеми презираемый алкаш! Потом появилась Майя – мой лучик света! Мы мечтали, как вместе уедем в Арслан, будем жить в ее квартире, и там-то я точно смогу жить нормальной жизнью!

— Это еще сбудется! Майя найдется!

Все еще не до конца веря происходящему, Вика медленно пятилась к воротам, крошечными шагами, едва переставляя ноги. Камила неумолимо двигалась следом. Расстояние между ними не растягивалось и не сокращалось. Броситься бежать? Но она тут же нагонит ее – и тогда уже без шансов.