Лаванда и ментол - Александра Рябкина Страница 125

Волчонок выдохся.

Оглядевшись по сторонам и заметив два силуэта, которые пахли так же, как и он, звереныш рухнул на дрожащих лапках. Су Ен помнила аккуратное прикосновение, когда ее подняли с земли. И легкий запах зеленого чая.

— Я была… где-то в горах. – Су Ен опустилась на диван, схватившись за голову. Взгляд метался по ковру, будто на нем могли затанцевать последовательные картинки событий двадцатилетней давности. Но вместо этого Су Ен чувствовала, что близка к истерике. Из-за нее першило в горле, крик, не находя выхода, рвался наружу.

— Мы и правда с отцом когда-то нашли щенка на Пукхансане. Мне тогда было всего шесть. – Убаюкивающий голос Юн Хо звучал совсем близко. – А тебе, получается, пять. Такая крошечная.

Юн Хо собирался заболтать Су Ен, чтобы она перестала грызть себя. И пока она не понимала, работал трюк или нет.

Она повернулась к своему нареченному. Он сидел перед ней на корточках и пытался поймать ее взгляд. В угольно-черных глазах Юн Хо Су Ен видела водоворот чувств: удивление, опасение, сожаление и, что сбивало с толку, восхищение.

— Мой отец сразу отнес его куда-то. И с тех пор я и забыл о найденыше. – Ласковая улыбка тенью легла на лицо Юн Хо.

Громко всхлипнув, Су Ен соскользнула с дивана прямо в раскинутые объятия своего нареченного. Он был нужен ей сейчас так же сильно, как вода для цветка в засушливый день. Как инсулин для больного диабетом.

— Почему мне так плохо от воспоминаний, которые не имеют для меня значения? – Су Ен все никак не признавала правду. Да, ей было страшно, она не понимала, что с ней происходит. Но это прошлое сейчас было для нее не больше, чем ночной кошмар. Пройдет несколько дней, и он окончательно забудется, оставшись легким туманом на подсознании. Но, кажется, именно это безразличие и вызывало ужас Су Ен. Она должна была испытывать хоть что-то!

Должна была испугаться настолько, чтобы больше никогда не выходить из дома. Но вместо этого Су Ен лишь собрала пазл, в котором все эти годы не хватало деталей. Ее неприязнь к лисам была небезосновательной, словно тело помнило обо всем, заставляя Су Ен нервничать, когда рядом появлялись кумихо.

— Это произошло слишком давно, – шептал Юн Хо, не выпуская Су Ен из своих рук. Она чувствовала, как его большие ладони гладят ее спину, расслабляя затекшие от напряжения мышцы.

— Но…

— Они все уже мертвы. А твои воспоминания – это просто воспоминания. – Ладони Юн Хо оказались на щеках Су Ен, отчего она чуть не завалилась назад. – А даже если кто-то из них еще жив, я найду подлеца и сделаю чучело из его шкуры.

— Я фсе фремя забыфаю, что у меня крофожадная пара. – С зажатыми между ладонями щеками было чертовски сложно говорить, отчего слезы тут же высохли, а Су Ен тихо захихикала. – Будешь рамен?

— Твой отец…

— Я есть хочу, а ты о чем? – Укусив своего нареченного за большой палец, Су Ен поднялась на ноги.

Жизнь была настолько сложной, что здесь и сейчас просто хотелось поставить ее на паузу и перекусить.

— Конечно, да, ты о… рамене. – Рокочущий смех Юн Хо растекся по гостиной. – Добавишь яйцо?

— И поострее. – Развернувшись, Су Ен собралась поскорее проверить, есть ли в холодильнике кимчи, иначе… иначе Юн Хо придется сбегать в супермаркет, чтобы кимчи было на столе.

На мгновение Су Ен остановилась, ощутив острый укол боли в висках. Нужно было выпить таблетку обезболивающего. Су Ен казалась себе такой маленькой в это мгновение. И до сих пор удивлялась тому, с какой четкостью детский разум запомнил некоторые моменты.