Дочки-матери - Алина Дягилева Страница 13

Лиса хотела было поправить его, что, вообще-то, это Марк мог быть похож или не похож на своих родителей, но у Алекса было такое отсутствующее выражение лица, что она не решилась.

— Она была добрая. Мы часто ходили к Марку в гости, потому что его мама была самая добрая. Всегда разрешала нам сидеть допоздна в его комнате и приносила угощения. И папа его тогда тоже был веселый. Это сейчас он все время сидит перед телевизором и не разрешает Марку выходить на улицу после темноты. А тогда он был веселый. Я однажды видел, как они с его мамой танцевали в саду под какую-то музыку. Это весной было. У нее было такое красивое платье в цветочек, оно развевалось, когда она кружилась.

Мальчик замолчал, продолжая невидящим взглядом смотреть в окно гостиной Марка. Лиса сидела, боясь пошевелиться и не зная, что сказать. Через пару минут Алекс внезапно продолжил:

— Они были очень счастливой семьей. Марку было двенадцать, когда мы все приехали сюда. Все так хорошо было сначала. А потом… Я помню его день рождения, когда ему исполнилось тринадцать. Так жаль. Так жаль, что это случилось именно с ними. Не то чтобы я думаю, что кто-то другой это заслужил, – тут же поправился он, испуганно взглянув на Лису, желая убедиться, что она не поняла его неправильно. Впрочем, она не поняла его совсем. – Но именно так мы и узнали. Узнали наверняка. До этого у нас были только подозрения. Марк не верил. Не хотел верить до последнего и решил, что должен попробовать. Мы отговаривали его. Но он все же сделал по-своему.

Алекс снова замолчал. На этот раз он молчал минут пять. Лиса поежилась. Она чувствовала, как по ее спине бегали мурашки. Ей хотелось потрясти мальчика за плечи, прокричать ему в ухо: «Что, что он сделал?! О чем ты таком говоришь?!» – но она продолжала молча ждать.

— С тех пор никто из нас уже не сомневался. Мы больше никогда не пытались рассказать родителям. Уже второй год. Правда, был с тех пор еще один мальчик… Кир. Он только приехал сюда, и мы даже не успели с ним толком познакомиться. Не успели ничего рассказать и предупредить. Все так быстро случилось. Марк говорит, мы должны были сказать ему сразу. В первый же день. Он думает, мы и тебе должны сказать. Ведь ты тут уже сколько? Почти неделю? Марго думает, что еще есть время. Но с Киром все случилось так быстро, не знаю почему. Уже на третью ночь. Он рассказал нам. А мы почему-то промолчали. Мы решили, что он нам все равно не поверит, и решили подождать еще немного. Чтобы он сам точно во всем убедился. Но когда это повторилось на четвертую ночь, он пошел к своим родителям и все им рассказал. Он как-то сам догадался, что это не они. Это он потом нам объяснил. На следующий день. Когда я услышал, что он рассказал обоим родителям сразу, я чуть не умер на месте. Да и остальные… видела бы ты их лица, особенно Марго. Мы, конечно, сказали ему, что они должны уехать. Немедленно. Он сразу не понял, ясное дело, а потом… Потом раздался такой ужасный грохот. Мы обернулись, а на месте дома Кира был столп огня и черного дыма. Пожарные потом сказали, что у них взорвался газовый баллон на кухне.

Алекс развернулся и посмотрел на дом слева. Лиса проследила за его взглядом и вздрогнула от осознания. Черные стены, выбитые окна – так вот почему. Лиса поняла, что перестала дышать и ей не хватает воздуха. Она шумно вдохнула, не отрывая глаз от напряженного лица Алекса. Тот наконец повернулся к ней и посмотрел ей в глаза.