Малум - Юлия Макс Страница 130

— Якуб, мне так жаль, – внутри у Эвы все сжалось, когда она посмотрела на него. – Не продолжай, если не хочешь, я не стану выпытывать.

— Я хочу, чтобы ты узнала меня, – он криво улыбнулся, и в этом было столько невысказанного. – Так вот, когда я сидел и напивался, бармен шепнул мне, что от неразрешимых проблем можно запросто избавиться, если прийти в полночь на перекресток и зарыть под ногами удостоверение личности.

Эва удивленно вскинула брови и хмыкнула, но не стала перебивать, давая Якубу выговориться.

— Я решил, что меня разыграли, но потом плюнул на все, да и вино мутило сознание. Поэтому сам не заметил, как оказался на перекрестке. Мне явился мужчина с желтыми глазами. – Якуб прервался, посмотрел на ошарашенную Эву и продолжил: – Я попросил сделку: мою жизнь в обмен на жизнь родителей, но Аластер Роули, демон перекрестков, ответил, что может обменять одну душу только на одну жизнь. И еще что сам решит, кого из родителей оставит в живых.

— Подожди, – попросила Эва ошарашенно. – Сделка реально была на твою душу?

— Да, – Якуб заговорил торопливо, словно хотел излить из себя все слова и больше к этой теме не возвращаться. – Я согласился не раздумывая. А какие у меня были варианты? Роули дал мне десять лет жизни. Когда он протянул флягу с абсентом для скрепления договоренности, я выпил. Вернулся в больницу, и мне сообщили, что мама не выжила, но отец пошел на поправку. Признаться, я подумал, что сделка мне всего лишь приснилась в подпитии, а затем я и вовсе о ней забыл, пока не появилось «дело бескостных». После него началась работа на Фауста, и вот тогда мне стал являться Роули, напоминая о том, что срок подходит к концу.

Эва медлила с очередным вопросом, где-то глубоко внутри зная на него ответ, но все-таки задала:

— Ты его видишь во сне? Может, это всего лишь кошмары, вызванные тем, чем мы стали заниматься?

— Это не похоже на сны. И я уверен, что сделка была реальной. – Якуб опустил голову, взлохматил волосы и снова посмотрел на Эву. – Ты не думай, я не жалею. Если бы все повторилось, я снова поступил бы так же – жизнь родителя взамен на душу.

Эва проглотила горький комок, думая о том, что сама бы все отдала, чтобы вернуться в прошлое и не дать маме упасть с моста. Она понимала Якуба, но в то же время неотвратимость сделки жгла осознанием еще одной скорой утраты. Ладонью она быстро вытерла слезы, сползшие по щекам.

— Сколько у тебя осталось времени?

— Две недели.

— Две недели? – зло возмутилась Эва. – И ты только сейчас мне рассказал?

— А когда еще? Может, когда ты не хотела быть моей напарницей? Или когда мы спорили по любому поводу?

— Именно тогда! Мы и сейчас спорим, но это не значит, что ты должен скрывать от меня такие важные вещи.

Она бросила на него гневный взгляд сверху вниз, а Якуб поднялся и протянул руку к проему и коснулся ее пальцев так щемяще-нежно, что Эва на целую секунду забыла, где они находятся.

— Эва, я не дам тебе здесь умереть, – пообещал он.

— То есть себя ты уже похоронил? – Она отдернула руку. – А вот хрен тебе!

— Иногда ты ведешь себя как подросток, – проворчал Якуб и снова сел на солому внизу.

— Только иногда? – язвительно спросила она. – Как выберемся, спросим у Фауста, как избежать сделки, или у Баала, и все решим. – Она старалась придать голосу уверенности, которой, увы, не ощущала на самом деле.