Вторичка - Эра Думер Страница 130

— Значит, пора внести ясность, Иголочка, – ошпарил меня «первый пилот», подтирая большим пальцем разводы под губой. – Я влюбился в тебя. Мэй-дэй.

Мой мир поплыл в круговороте звезд-индикаторов. Сердце ушло в штопор, затянулись стропы голосовых связок, я открыла рот, хватаясь за погоны Яна, и закрыла. Это сон?

— Ты… Я… – забормотала я. Сглотнула. – Я теряюсь. Рядом с тобой я робею, у меня появляются бестолковые мыслишки… Это же это значит?

— Это это значит, – усмехнулся пилот и звонко чмокнул меня в губы.

Я положила голову к нему на плечо, устраиваясь на груди.

«Ты мне очень нужен, – думала, что произнесла это вслух, но мысль, оттиск речи, упокоилась на задворках влюбленной души. – Я люблю тебя. И мне страшно от этого».

— Держись-ка. Заходим на посадку, – произнес мой пилот, сверяясь с метрикой.

Я неохотно сползла с его колен, стараясь не задеть аппаратуру, и, убрав техническую литературу с кресла второго пилота, села и пристегнулась. Мне было мало – смотрела голодной волчицей на движения божества. Соблазнительные пальцы перевели какие-то рычажки и тумблеры в исходное положение и обхватили штурвал. Я покрутила головой, чтобы найти, чем отвлечься. В поле зрения попал пульт между кресел, походивший на звуковую машину. Меня заинтересовало кое-что.

— Ян… А почему горит табличка «громкая связь вкл.»? – спросила я, покрываясь ледяными иглами. – Там что… нас… Все это время…

Пилот залился смехом, состроив фирменное лицо под названием «Упс, я снова накосячил», которому я все, конечно же, прощу, потому что Ян мне нравился. Он мне нравился, и я ему все прощу. Бог сменил интонацию на «формальную» и заговорил:

— Дамы и господа, говорит командир корабля. Высота нашего полета, – напарник глянул на экранчик, разлинованный шкалами, – двести тридцать четыре метра. Скорость – двести пятьдесят километров в час. Сейчас наш полет проходит над территорией Московской области. Расчетное время прибытия в аэропорт Домодедово, – пилот оскалился, – не знаю, диспетчер макетнулся, мне ни на одной частоте не отвечают. Сажаем вслепую. Благодарю за внимание.

Я добавила нарочито громко, направляя свой голос в микрофон связи:

— Если мы начнем падать, вместо парашюта используй свои длинные уши, Ди.

Глава XII. Второй этаж

Я убрала руку от ее покрытого испариной лба, скользнула под завязки сорочки, прикоснулась к шее – горячая. Со вздохом оправила ватное одеяло и накрыла им Ди – она положила голову на подушку. На белом постельном белье макет походила на героиню кельтского эпоса, словно шотландская принцесса. Сидевшая на краю ее кровати, я бросила взгляд на напарника и, скрывая беспокойство, сказала:

— У нее жар.

Припав плечом к дверному косяку, Ян сложил на груди руки. В его глазах, смещенных по палитре чуть ближе к Порядку, я прочитала, что он разделял мою озабоченность.

— Разговор есть, Иголочка. Выйдем, – бог кивнул в сторону гостиной.

— Я буду через пять минут.

Коллега нарочито бодро пожелал макету поскорее «закрывать больничный лист» и скрылся в коридоре.

В комнате, которая принадлежала типичному девочке-подростку, я ощущала себя как подружка в гостях. В углу бело-розовой спальни находился туалетный столик, окаймленный лампочками, а на нем – горы косметики. Шкаф был распахнут, на дверце – платьице из пайеток, внизу – ботильоны вразвалку. На прикроватной тумбе стояло фото в рамке: Ди в обнимку с моложавой женщиной и интеллигентным мужчиной в очках в роговой оправе улыбается в холле какого-то творческого центра, держа в руках награду. На противоположной стене висела эта грамота, а еще множество других: полочка ломилась от статуэток в форме масок комедии и трагедии, музыкальных нот и микрофонов. На одной из наград я заметила знакомый номер образовательного учреждения. Подняв брови, посмотрела на девушку: