Возвращение Гетер - Алексей Небоходов Страница 140

Стены были оклеены блекло-голубыми обоями с едва заметным узором, по периметру тянулись стеллажи тёмного дерева, заполненные старинными фолиантами в кожаных переплётах. В углу — секретер с откидной крышкой, украшенной инкрустацией. Массивный диван и два глубоких кресла, обитые потёртым тёмно-бордовым бархатом, создавали уютный уголок для чтения.

На стенах висели картины в тяжёлых позолоченных рамах — пейзажи неизвестных художников, потемневшие от времени. Чуть в стороне — портрет молодой женщины в платье девятнадцатого века, с тонкими чертами и задумчивым выражением лица.

Хозяйка уже расположилась у круглого столика, на котором был сервирован чай: старинный фарфоровый чайник с росписью, две чашки на блюдцах, серебряные ложечки, сахарница и щипцы. В центре — вазочка с сушками.

— Присаживайся, детка, — Арина указала на место напротив. — Свежий, только заварила.

Елена опустилась в кресло, чувствуя себя неловко среди этой роскоши. Рассеянно скользнула глазами по обстановке, отмечая детали, которых раньше не замечала: фарфоровую статуэтку балерины, часы с бронзовым маятником, миниатюрный глобус на подставке из слоновой кости.

— Красиво у вас, — обронила она.

— Собирала понемногу, — Арина разливала напиток по чашкам. Тонкая тёмная струйка наполнила чашки, распространяя по комнате аромат бергамота. — Люблю красивые вещи. Они создают особую атмосферу, не правда ли?

— Да, — согласилась Елена, принимая из рук хозяйки блюдце с чашкой. Фарфор был тонким до прозрачности, с изящным цветочным орнаментом. Такой посуды она не видела даже у деда. — Спасибо.

— Лимон? Сахар? — Арина Капитоновна указала на серебряные щипцы.

— Только лимон, пожалуйста.

Хозяйка ловко опустила в чай ломтик лимона, затем положила себе два кусочка сахара и размешала, почти не касаясь ложечкой стенок чашки, — движения отточенные, элегантные.

— Как тебе живётся у нас? — поинтересовалась она, делая маленький глоток.

— Очень хорошо, — Елена обхватила фарфор обеими ладонями, наслаждаясь теплом. — Все такие добрые. Я даже не знаю, как вас благодарить.

— Пустяки, детка, — отмахнулась Арина Капитоновна. — Я рада, что ты оправляешься после… того, что случилось. Кстати, твой муж не искал тебя?

Елена поморщилась, отставив чашку.

— Наверное, искал. Но я не хочу возвращаться.

— И не нужно, — кивнула Арина. — Места здесь достаточно. А со временем мы найдём тебе подходящее занятие. У тебя ведь хорошее образование?

— Историко-архивный институт, третий курс, — пояснила девушка.

— Прекрасно! — хозяйка просияла. — Значит, в документах разбираешься, с иностранными языками знакома?

— Немецкий знаю неплохо, французский — совсем немного.

— Видишь, какая умница, — собеседница отпила ещё глоток и вдруг, как бы между прочим, выдвинула ящик столика. — У меня для тебя есть кое-что. Взгляни.

Она извлекла из ящика небольшую бархатную коробочку, старинную, с потёртыми краями, но сохранившую глубокий тёмно-синий цвет. Арина откинула крышку, и Елена невольно подалась вперёд, удивлённо охнув.

На белой атласной подкладке лежало жемчужное ожерелье — не просто нитка жемчуга, а сложное украшение, где крупные, идеально подобранные жемчужины чередовались с мелкими изумрудами, заключёнными в золотую оправу тонкой работы. Камни образовывали сложный узор, а в центре композиции располагался крупный изумруд, окружённый бриллиантами. Даже при утреннем свете камни сияли загадочным зелёным блеском.