Любить вампира – это хаос - Аура Хейс Страница 145

Под покровом ночи я перевожу тело Тома в похоронное бюро и внушаю сотрудникам следующее: утром они должны позвонить семье и сообщить о трагической аварии, из-за которой тело не подлежит опознанию. Подозрительно? Разумеется. Но они заслуживают проститься. Никто не должен видеть близкого человека в таком виде. Даже я, привыкший к такой жестокости, был потрясен, увидев Тома. Мысль о том, как страшно ему было в последние мгновения, вновь разжигает во мне бешенство.

Напоследок я требую направить все счета мне.

Убедившись, что дело сделано и меня не запомнили, я покидаю похоронное бюро и возвращаюсь в ресторан. Осматриваюсь, проверяя, что ничего не выдает случившегося. Мой взгляд падает на шахматную доску, и у меня в горле появляется ком при мысли о партиях, которые нам больше не суждено сыграть. Не будет больше никаких шуток, жарких споров. И Тома больше не будет.

Я прищуриваюсь, замечая, что одной фигуры не хватает. Странно.

Я всегда понимал, что когда-то Том уйдет из этого мира, а я останусь здесь, но мне и в голову не могло прийти, что все закончится именно так.

Во мне что-то надламывается, и на мгновение я снова вижу в себе того человека, который, казалось, исчез навсегда.

Глава 46. Селин

Я снова сижу с закрытыми глазами в углу своей камеры, гадая, сколько времени здесь провела. Без нормальной еды, воды и отдыха силы начали меня покидать. Пару раз я просыпалась и обнаруживала у решетки пару кусков черствого хлеба и крохотную плошку с водой, но этого едва хватает. Вален, как всегда, неподвижно сидит в своем темном углу. Я все еще не могу его разгадать, и его односложные ответы мне в этом вряд ли могут помочь, но мне его жаль.

Мы пытались продумать план и различные варианты побега, но я чувствую, что он боится надеяться. Сколько раз он уже пытался отсюда выбраться и все без толку? Я продолжаю понемногу подкармливать его и вижу, как к нему возвращаются силы. Цвет лица стал здоровее, на щеках появился румянец.

Знакомый звук хлопнувшей двери эхом разносится в тишине, и тот, кто к нам направляется, явно жаждет крови. Услышав яростный стук каблуков по полу, я сразу понимаю, кто к нам пришел.

— Скучала по мне? – Женевьева садится по-турецки напротив моей решетки и швыряет в меня чем-то. Предмет отскакивает от пола и катится в мою сторону.

Я его нащупываю и подношу к лицу, чтобы получше разглядеть. Женевьева наблюдает за происходящим с садистским блеском в глазах, чуждым ее вампирской красоте.

— Шахматная фигура? – Я провожу пальцами по резным граням королевы.

Она ухмыляется, в ее глазах читается угроза.

— Я предупреждала Завьера о том, что случится, если он не послушается, но он продолжал мне перечить. Пришлось действовать. – Она пожимает плечами, будто речь идет о пустяке. – Может быть, теперь он будет воспринимать меня всерьез.

Мои пальцы сжимают шахматную фигурку, взгляд напрягается.

Шахматы? Зав?

Том!

О боже, Том!

— Боже мой… – До меня наконец доходит. – Что ты сделала?

Она обиженно надувает губы и цокает языком, словно пытается меня утешить, хотя я прекрасно вижу ее истинное лицо.

— То, что должна была, Селин. Знаю, твоему жалкому человеческому мозгу этого не понять, но Завьер просто делает вид, что я ему не нужна. Пришлось ответить ему тем же. – Она победоносно усмехается и поправляет невидимую прядь идеально гладких волос.