Ведьма из Кингспорта - Рональд Малфи Страница 149

Эрик рассмеялся, но я видел, как в уголках его глаз собирается влага. Я снова вспомнил, как в детстве он тихо плакал на полу моей спальни, когда думал, что я сплю. Как он…

Эрик ударил меня по лицу. Я ударился виском о боковое окно, и перед глазами вспыхнули звезды.

Зрение прояснилось как раз вовремя, чтобы увидеть занесенный кулак. Я вскинул руки и задержал его запястьями, смягчив удар, но костяшки пальцев все же врезались мне в переносицу. Я думал, что Эрик продолжит наносить мне удары, но он прекратил. Сжав переносицу двумя пальцами, я посмотрел на него влажными глазами.

— Ты всегда был слабым сукиным сыном, – сказал Эрик. Его голос дрожал, и он все время передвигал руки на руле, словно не знал, что с ними делать. Я смотрел и смотрел на него, ожидая, что из его правого глаза вот-вот покатится слеза, но этого так и не произошло. Окна в машине начали запотевать.

«Мы должны были позвать на помощь в ту ночь, – сказала тогда Тиг. – Мы должны были попытаться спасти его. Мы должны были признаться».

Признаться.

— Остановись! – Я все еще сжимал нос, и мой голос прозвучал гнусаво. – Остановись. Отвези меня назад.

— Куда? Она не хочет с нами разговаривать.

Но я думал не о Тиг.

А о Ребекке.

— Просто останови машину и дай мне выйти.

Мы только что свернули на Риббон-роуд и ехали вверх по склону в сторону Грейси-Пойнт. Я смотрел на проносившиеся справа деревья, на широкую гладь залива слева. Луна была скрыта грозовыми тучами, но в черной глади залива отражались огни фейерверков.

— Тормози! – Я схватился за руль.

«Тойота» вильнула вправо, но Эрик стряхнул мои руки и перестроился.

— Просто останови эту чертову машину и выпусти меня!

— Ты…

Сбоку промелькнуло что-то большое, темное. Я повернул голову – и успел увидеть пару распростертых черных крыльев перед лобовым стеклом: на нас летел индюшачий стервятник. Через мгновение птица врезалась в лобовое стекло, пустив по нему паутинки и забрызгав кровью, и я почувствовал, как она бьется на капоте машины: дун-дун-дун! «Тойота» перевернулась. Я успел услышать взрывы шин, а затем дребезжание, когда мы понеслись по грунтовому покрытию.

В рамке лобового стекла я наблюдал, как мир выходит из-под контроля. Сначала я видел дорогу перед нами, а затем – вращающийся маяк Грейси-Пойнт в заливе. Перед лобовым стеклом внезапно появился край обрыва, закрыв весь обзор, а потом осталась лишь тьма – чистое черное ничто, испещренное редким мерцанием далеких фейерверков.

Я почувствовал, что падаю, падаю, падаю. Тьма, заполнившая лобовое стекло, превратилась в воду, черную воду, и готов поклясться, что за мгновение до того, как мы плюхнулись в нее, я видел Роберта Грейвса, стоявшего в прибое. Его плоть была тошнотворно зеленой, а одна пустая глазница светилась бледно-голубым магическим светом.

А потом…

Темнота.

Тридцать два

Эрик Келли погиб в результате аварии. Вскрытие показало, что он умер от травмы головы, полученной, когда машина сорвалась с обрыва и ударилась о землю. Затем автомобиль опрокинулся крышей вниз в темные, мутные, беспощадные воды Чесапика. «Тойота» быстро заполнилась водой.

Так что в этом отношении страдания Эрика Келли закончились быстро.

Жена и дети похоронили его у церкви Святого Григория, недалеко от места, где похоронен мой отец, совсем рядом с собственным отцом Эрика, бывшим шерифом Кингспорта Дином Келли, совершившим печально известное в городе самоубийство.