Красные чернила смерти - Вероника Шэн,Ангелина Шэн Страница 158

Этот злой дух… силен.

От этого осознания не становилось легче, как раз наоборот, оно выбивало опору из-под ног, но я не имел права на очередную ошибку.

Я рванул в сторону стола, подхватил с него колокольчики-панъуль и кинул их вперед, куда-то между двумя тенями.

Панъуль со звоном, который не прозвучал бы, будь на полу такая глубокая лужа, упали, и одна из теней, левая, отшатнулась от звука, зато вторая бросилась вперед.

Звон наполнил комнату, рассеивая тошнотворный запах железа. Еще миг, и к звону добавились истошные злые крики.

— Ты за это поплатишься!

От прожигающей голову боли потемнело в глазах, и я, не выдержав, упал на пол и жестко ударился о него коленями. Я сопротивлялся… но вполсилы. Не хотел дать одержимой вновь повлиять на свой разум и все же не хотел полностью закрываться от ее влияния.

Ведь так я немного отвлекал ее от Намгун Бёль.

До меня как издалека донесся ее чистый, подобно свежему источнику, голос, смывающий реки крови. Я не мог разобрать ни слова из ее монотонной песни, но понимал: скоро все должно закончиться. Должно…

Боль с новой силой загорелась в моей голове, выжигая все мысли. Я зажмурился, вцепился одной рукой в волосы, но вдруг почувствовал нечто… странное и с трудом открыл глаза.

По моим ногам бежали несколько крупных сороконожек.

Они заползли выше, перебрались на мою черную футболку и скрылись под джинсовой тканью куртки. Я почувствовал их на своих руках, а затем и на шее… А после – как они впились в мою кожу, как забрались под нее. Я едва не вскрикнул, но куда сильнее, чем боль, было до жути яркое омерзение.

Раздался, отражаясь от стен и множась, истеричный смех одержимой, но вот голос Намгун Бёль стал громче, настойчивее, и смех Ю Соры превратился в крик, а после – в пропитанное болью шипение.

Отвратительные ощущения вдруг исчезли, и я едва не повалился на пол от облегчения, но лишь уперся в него рукой, шумно дыша и пока не рискуя открывать глаза.

Запах крови полностью сменился таким знакомым и успокаивающим ароматом сосновых игл. Все звуки стихли. Глубоко вдохнув и медленно выдохнув, я открыл глаза и осторожно поднялся на ноги. Пошатнулся, но устоял и тут же нашел взглядом Намгун Бёль. К моему огромному сожалению и еще большей тревоге, ее шея на самом деле была покрыта кровью.

Намгун Бёль стояла над обмякшим телом Ю Соры. Та, сжавшись, с закрытыми глазами лежала на полу рядом с кроватью. Она не шевелилась и, казалось, даже не дышала.

Намгун Бёль с застывшим в напряжении лицом прикрыла глаза, вздохнула… а затем коротко, уверенно улыбнулась. Словно ничего и не произошло. Из ее черт исчез даже намек на то, что именно происходило последние полчаса.

С таким невозмутимым выражением лица она повернулась ко мне, но тогда ее глаза заблестели от беспокойства.

— Донсу-я! Как ты…

— Нуна, тебе срочно нужно к врачу! – совершенно невежливо перебил я. Но до вежливости мне сейчас не было ни малейшего дела.

— Это заживет, – отмахнулась она, быстро подойдя ко мне, и внимательно всмотрелась в мое лицо. – Как твоя голова? Что она с тобой сделала?

— Я цел, – нахмурившись, коротко отозвался я, но, увидев, что Намгун Бёль такой ответ не удовлетворил, добавил: – Просто наваждение. Ничего такого. Хотя должен признать, что дух и вправду… сильный.