Желанная Шести - Лисавета Челищева Страница 2

— Ты подчинишься и пойдешь со мной домой! Или я выволоку тебя отсюда за шкирку, как нашкодившую кошку. Так что решай, – рявкнул он, сжимая мои запястья в захвате.

С моих уст слетел звонкий смех, после чего я стала выгибаться под ним. Было нечто пленительное в ощущении того, что я нахожусь в его власти.

Я хитро улыбнулась, не ведая никакого испуга под его взглядом.

— Хорошо. Но только при условии, что ты поцелуешь меня сию минуту.

Взгляд Морана потяжелел, в глазах полыхнула тихая буря.

— Где? – процедил он сквозь зубы.

— Где пожелаешь.

С грацией хищника Моран сократил расстояние между нами, стиснув мой подбородок и притянув меня к себе.

Его губы встретились с моими в яростном порыве, в столкновении сдерживаемой агрессии и жажды. Я чувствовала, как жар его прикосновений пронизывает меня насквозь, подавляя тягу к крови. Он один мог заглушить любой неутолимый голод, что у меня только мог быть.

Я растворилась в нем, мои пальцы погрузились в его волосы, привлекая его к себе ещё ближе.

Моран, Моран… Какова на вкус твоя кровушка? Сильнейший из волколаков, благородные черты лица, жесткий нрав… Какой ты на вкус?

Я впилась в его губы зубами, извлекая на волю кровавый эликсир со вкусом греха и спасения.

Реакция Морана была стремительной и жестокой: его хватка на моем горле сжалась в знак предупреждения. Но я стойко выдержала его взгляд, понимая, что связь между нами изменилась безвозвратно.

Я подняла подбородок, вызывающе ухмыляясь.

— Волчья метка твоя сломана, – объявила я. – Ты больше не можешь мной командовать.

— Ты не полностью во владении упыря. Половина тебя все еще принадлежит мне. И я уж постараюсь приложить все усилия, чтобы выбить из тебя эту тварь! Даже если придется… Ты вообще меня слушаешь?

Я хмыкнула, прикусив губу. Мой взгляд скользнул по его обнаженному торсу, так близко прилегающему к моим бедрам. Как интересно… Надо будет почаще сбегать из поместья теперь.

— Поговорим, когда твои мозги встанут на место! Очевидно, сейчас ты не лучше кошки в весеннюю пору.

Моран усилием воли заставил себя обратиться, и его человеческий облик постепенно истаял, высвободив скрывающегося под кожей зверя.

Я обхватила его за шею, когда тот перевоплощался, чем немало удивила его, судя по увеличившимся глазам. Ощущение меха и сухожилий под моими пальцами было одновременно волнующим и наводящим трепет.

А потом с грозным воем, эхом разнесшимся по чащобе, волк пустился в ночь со мной на спине.

Пока мы неслись сквозь тьму, я склонилась к Морану, скользнув рукой по его макушке. Его уши насторожились. Не ожидал он от меня проявления какой-либо ласки.

***

Когда Моран силой затаскивает меня в купальню, расположенную в его покоях, по моему телу разливается волна предвкушения. Дюжина свечей отбрасывает тени на его крепкую спину, когда тот поспешно облачается в шелковый халат.

Его презрительный взгляд задерживается на моем лице в ожидании моего протеста, но я не возражаю.

Он быстрым движением пытается подтолкнуть меня к уже ожидающей меня купальне, но я перехватываю его руку, на моих губах возникает задорная ухмылка.

— Кто сказал, что я желаю искупаться?

Я прослеживаю пальцами очертания его груди, с наслаждением отмечая, как напрягаются его мышцы.

— Этот дом – не место для грязных кошек.