Королева склепа - Кристофер Триана Страница 2

— Справлюсь.

Роза посмотрела на Беллу. Она хотела не вести Селесту за ручку, а просто помочь ей, но Селеста слишком остро реагировала на любой намек по поводу веса, на любую фразу, которую можно было так истолковать. Однажды Белла попыталась сказать, что Селеста не такая уж крупная, как ей кажется, но подруга не дала ей договорить.

Девочки пошли дальше. Роза и Белла шагали рядом. Натуральный блонд Беллы в лунном свете напоминал белый водопад. Она вспомнила водопады в национальном лесу Танксис неподалеку. В детстве она их любила. Но это было как будто совсем в другой жизни.

— Господи, – простонала Селеста, – пришли? Такое чувство, что несколько часов пехом перли.

Белла хотела было спросить, не нужен ли ей отдых, но передумала.

— Обри сказала, от дороги пройти километра два. Чуть дальше к северу тропа выравнивается. Ну хоть снега нет.

— Откуда мы вообще знаем, что движемся на север?

Роза кивнула на небо:

— Вон Полярная звезда. Не самая яркая на небе, но сегодня вечером очень даже видна.

Селеста недоверчиво посмотрела на нее:

— Ты уверена?

— Почти. На деревья тоже обрати внимание. В маловодных районах дерево обрастает мхом с северной стороны.

Селеста ухмыльнулась:

— Ты что, Полин Баньян?

— Я бывший скаут, поняла? Прости, что знаю слишком много.

Поняв, что Роза сердится, Селеста умерила скепсис и отступилась. Белла прикладывала все усилия, чтобы подруги, такие разные, не поссорились на ровном месте:

— Девочки, успокойтесь. Мы почти пришли.

При любых других обстоятельствах она бы никогда не позвала и Розу, и Селесту. Роза была отличницей в учебе и спорте. Сильная, необычайно высокая, поджарая – но при этом не перекачанная и не мужеподобная, – она была очень популярна. За ней бегала вся школа, но, несмотря на это, Роза с младших классов хранила верность одному парню. Любой родитель хотел бы, чтобы у его сына была такая девушка. Она слушала Регину Спектор и Адель, любила фильмы с Полом Раддом. Так что Селеста считала Розу «фифочкой» – так она называла нормальных, стереотипных девушек. Сама Селеста, однако, тоже была ходячим стереотипом. Типичная эмо, она носила бренд Hot Topic и с гордостью слушала готическую музыку: Siouxsie and the Banshees, Joy Division… Но Белла знала, что ей также нравятся современные группы My Chemical Romance и Paramore. Еще Селеста часто вещала что-то на нигилистическом, но эти мысли больше напоминали мемы, чем серьезные философские изречения. На уроках она была ленива и почти ничего не делала, но, если речь заходила об игре на пианино или о рисовке углем… Вот тут у нее был настоящий дар.

Обе девушки воплощали разные периоды жизни Беллы. В детстве ее лучшей подругой и почти сестрой была Роза. Они жили на одной улице, ходили в одну школу, были ровесницами. Белла, в отличие от Розы, никогда не интересовалась спортом и думать не думала о вступлении в скауты, но у них и без того было полно общих интересов: чтение, мода, учеба (девочки были отличницами). Белле было больно, что теперь, когда она стала готом, их дружба с Розой стала увядать. Та, как правило, винила в этом Селесту и была отчасти права. Но только отчасти: Белла не шла у Селесты на поводу, просто привыкла воспринимать готическую музыку всерьез. Особенно когда начала разваливаться семья. К тому же у Беллы тоже были проблемы с мальчиками, она не знала, куда будет поступать, и оттого только большей отрадой стал готический образ жизни. Белла была не такой фаталисткой, как Селеста, но почти каждый день ее мучила депрессия, и девушка пыталась найти облегчение, нося черное, читая Энн Райс и записывая в дневник стихи – слишком жуткие, на взгляд обычного человека. Так что Белла держала дневник под замком: ей очень не хотелось, чтобы мама их увидела. Не стоило волновать ее лишний раз: мама и без того слишком тревожилась. Вот и сегодня Белла соврала насчет того, куда они идут, и ни словом не обмолвилась о Селесте. Мама, как и Роза, недолюбливала эту мрачную девочку.