Коллекционер - Александр Варго Страница 229

— Фу, слава яйцам, — вздохнул Нос, увидев, что его племянник пришел в себя.

— Ты… — Долин медленно приподнялся c пола. — Ты живой?

Нос недоверчиво на него покосился:

— Ну, типа, да. А че со мной должно было случиться?

«Ничего, — ошарашенно подумал Максим. — Если не считать того, что я перерезал тебе глотку и ты склеил ласты. Я умер и очнулся в аду? Вряд ли такой, как я, попал бы в рай…»

Только сейчас он ощутил острую боль, стегающую по затылку. Он осторожно потрогал голову, нащупав сзади крупную шишку.

— Что случилось? — спросил он, изумленно озираясь по сторонам. Рядом валялась табуретка, а вон железная пушка… об которую разбил голову Димка… Только странное дело: после падения сына c табуретки эту пушку Максим самолично убрал на балкон, запрятав в самый дальний угол.

«А не странное дело, что Нос живой?» — мысленно спросил он сам себя.

Долин сел. Продолжая оглядываться, он вдруг замер, не в силах поверить собственным глазам.

Солдатики.

Полки c солдатиками. Все полки были под завязку забиты солдатиками!

Его коллекция… она была на месте! Ни одного пробела на полках, все на своих местах!

— Нос, — хрипло позвал он дядю. — Какое сегодня число?

Тот почесал затылок.

— Вчера было шестое мая, — сказал он. — Мы бухали c мужиками. Значит, сегодня седьмое.

— Логично, — согласился Максим, все еще думая, что спит.

Так все-таки — что это было?!

Нос словно понял, о чем размышлял его племянник:

— Ты, по ходу, свалился c табуретки. И шандарахнулся башкой о пол. Или об эту свою перделку. — Он ткнул пальцем c грязным ногтем в сторону пушки.

Максим c трудом поднялся на ноги.

Медленно коснулся головы. Провел пальцами по тому месту, где еще вчера у него была рваная рана, оставленная мечом адвоката.

Дотронулся до щеки.

С величайшей осторожностью провел языком по нёбу.

Все целое. Никаких порезов, дырок и прочих ран.

Это значит…

Это значит…

Сердце заколотилось так, словно еще немного — и оно разорвет грудь, яростно пульсируя и повиснув на сосудах.

«Это что, был сон?!»

— Макс, ты не думай, я к тебе просто шел, а у тебя хата была открыта, — как в тумане, слышал он извиняющийся голос Носа. — Захожу — а ты тут скучаешь на полу… думал, ты уже коньки отбросил… Ну а ты жив… Слушай, я че зашел-то… Можешь мне пару сотен одолжить? Ну или триста?

Заплывшие глаза дяди c надеждой смотрели на Максима.

Долин молча подошел к столу, взял потрепанный бумажник. Заглянул внутрь и, обнаружив несколько тысячных купюр, вытащил одну. Нос мгновенно оживился, словно кот, добравшийся до дармовой сметаны.

— Держи, — сказал Максим, протягивая деньги.

И когда Нос взял их, не удержался и обнял его, ощущая стойкий запах пота и перегара.

— Ты че, Макс? — смутился Нос, неуклюже отпихивая Максима. — Хватит этих нежностей… Деньги верну на днях. Ну или через неделю.

— Можешь не возвращать, — тихо сказал Долин. — Но и бухать завязывай. Начинай искать работу. За мамой твоей уход нужен. Как там, кстати, Вера Андреевна?

— Сегодня ничего, получше, — кивнул Нос. Теперь, когда деньги (целая тыща!) уже были в кармане, ему явно не терпелось улизнуть на улицу, где его наверняка ждала компания. — Ну все, покедова.

Едва за дядей захлопнулась дверь, Максим дрожащей рукой взял телефон. Набрал Ольгу, c замершим сердцем слушая гудки.