Вселенная ужасов Влада Райбера - Влад Райбер Страница 320

Еще никогда за меня так не держались на работе. Обычно отношение ко мне было: «Что-то не нравится – уходи! Желающих работать охранниками много!»

На меня впервые кто-то рассчитывал. И все-таки я сказал: «Нет!»

Голова раскалывалась.

Я не помнил, когда в последний раз ел. Последние двое суток только и делал, что рыдал, хватаясь за голову, и на новый день у меня были точно такие же планы.

Сломанная рука ныла. Хорошо хоть перелом был не слишком серьезный.

В голове по-прежнему крутились плохие мысли: отказавшись от работы, я сделал свой последний выбор в жизни – нищенствовать, пока не выгонят из квартиры за долги. Значит, все? Гейм овер? Я всего лишь один из неудачников, которые не сделали в жизни ничего, чем бы могли гордиться? Печально!

И ведь деньги уже заканчиваются. Где я их возьму? С таким послужным списком увольнений за прогулы меня больше никуда не устроят. Пойду побираться? Стану тем, кого выгонял с территории завода. Незавидная жизнь у этих ребят.

Хватит!

Я подержал голову под холодным душем, а потом перезвонил начальнику. Сказал, что согласен на новые условия и выйду на работу, как рука заживет. И он мне: «Спасибо!»

На меня рассчитывали. Я был нужен.

Четвертое дежурство

На работу я вышел неделю спустя. Вид у меня был совсем не жалкий. Я побрился и подстригся. На руке вместо гипса – фиксатор сустава, черный, в тон форме.

Сменщик, как будто видел меня в первый раз, начал объяснять технику безопасности. Напомнил, что ходить надо только по желтой разметке и никуда с нее не сворачивать.

— Ты же знаешь, что разметка нужна просто, чтобы не заблудиться? – спросил я. – Она не спасет от ржавых человечков. Им будет надо – они влезут куда угодно.

Мой коллега пожевал губу. Ему было неприятно от того, что я упомянул Пустоголовых.

— Я здесь уже полгода работаю, – сказал он. – Закрыл на ночь дверь, и никто меня не трогает.

— А ты видел, что они делают с людьми? – Я понимал, что для него это неприятная тема, но все же хотел обсудить ее.

— Видел! – ответил охранник. – Но мы делаем то, что должны: днем сюда никого не пускаем. Люди видят, что объект охраняют, и реже приходят. Благодаря нам погибших меньше… А ночью я отключаю мониторы, и спать. Мы не всех можем спасти.

Я не понимал, в чем тогда необходимость находиться здесь ночью? Просто наблюдать и уродовать душу?

На объекте было тихо целый день. Я смотрел в мониторы, каждый час обходил территорию вдоль забора. Ходил по цеху, ровно по желтой линии, словно проверял себя на трезвость.

Хотя я знал, что главное не заходить в темные коридоры. Там совсем другой мир, и завод снаружи выглядит иначе. Как зловещая фабрика с детского рисунка.

«Вот кто я… Не просто охранник, а часовой на границе двух миров», – от этой мысли во мне прибавилось важности.

Когда начало смеркаться, через забор пролезли трое подростков. Я увидел их и сразу пошел прогонять, пока еще не слишком поздно.

Мальчишкам было лет по пятнадцать. Они забрались на заброшенную территорию, чтобы покуролесить. У них при себе был целый набор дня вечеринки. Один пацан прятал за спиной увесистый черный пакет. Но не моей заботой было читать им мораль. Главное, чтобы они убрались с проклятой земли, пока не вышли железные болваны.

Самый щуплый подросток трусил, нервно улыбался и отводил глаза. Двое других были с наглецой. Они смотрели на меня без страха. Самый высокий разглядывал мой фиксатор сустава, похоже, отметил как слабое место.