Королева Лета, умри - Любовь Минеева Страница 47

— Ну… Не похоже на него… Он хорошо к ней относился, подарки дарил, цветы там… – Неля недоуменно хмурила лоб.

Ленька затаил дыхание: только бы Вика не бахнула что-то вроде «Говори, кто он!».

— Но у него же были причины, ты знаешь, о чем я…

— О его жене, – кивнула Неля.

Ленька едва не ахнул, но сдержался. Вика тоже оставалась невозмутимой:

— Именно. Таня не говорила, что собирается пойти к ней и все рассказать? Может, она его шантажировала?

— Нет, говорю же! Она слова лишнего сказать боялась, какой там – шантажировать!

— Ну, а его жена?..

Неля уставилась на Вику, словно только сейчас поняла, с кем разговаривает. И злобно прищурилась:

— Что – его жена?

— Она могла узнать об их… шашнях!

Неля неожиданно усмехнулась:

— Ни черта вы не знаете, сыщики хреновы! Стоят тут, разводят меня…

— Нет, знаем. Что у Таньки твоей был роман с женатым мужиком. Спасибо тебе за информацию. Пошли, Лень.

— Стойте! – Нелька вцепилась Леньке в рукав. – Вы тоже теперь скажите, что узнали! Я же поделилась. Расследование они ведут! Таня моя подруга, быстро говорите, что знаете!

— Да не ори ты! – шикнул Ленька. И тут неожиданно вмешалась Камила.

— Чего там верещишь, Лукманова? Ну-ка иди сюда, базар есть! – Судя по развязному тону, Камила уже конкретно опьянела. – А, Вика, и ты здесь… Слу-у-ушай! – Камила выбралась из-за стола и подошла к ним.

Шум затих, Камила явно жаждала исполнить какой-то номер. Все глазели на них, не забывая уничтожать горячие подрумяненные сосиски.

— Твое предсказание сбылось, а? Насчет того, что это место прогнило и заслуживает другую Королеву! Помнишь? Ты помнишь, Лукманова? А, Саш? Паршивому поселку – паршивая королева! – Она взметнула банкой, зажатой в руке, и расплескала содержимое едва ли не на их головы.

Саша подошла ближе.

— Камил, садись уже. Ты б поела…

— Нет! Слышь, Лукманова! Теперь-то твоя Танька – идеальная королева, а?

— Пошла ты…

Леня посмотрел на Нельку с уважением. Не сдрейфила, молодец! А Камиле пора завязывать нести эту околесицу. Таня сейчас – едва ли не мученица, разнесут эти слова по деревне, всему семейству Кабировых не поздоровится. Но вмешиваться он не торопился.

— Че сказала? – Отбросив банку, Камила подошла к Нельке впритык, едва ли не касаясь ее лица кончиком своего носа.

— Че слышала.

— Думаешь, я забыла, как вы Майку травили? Как ты ее цепляла вечно? Я не этот щегол, – она кивнула в сторону Леньки, – у меня яйца есть! Щас так тебя отмудохаю, тварь паршивую… Майку мою травила! За своей Королевой отправишься, тварь!

Они сцепились как две собаки, Ленька и глазом моргнуть не успел – сплошной клубок рук, ног, волос и матерной брани. Все бросились ближе, кто-то пытался разнять, кто-то, смеясь, подзуживал. Наконец Степке удалось оттащить лохматую, красную Камилу, а Нелька шмыгнула Лёне за спину.

— Пусти меня! Слышь, овца!

— Сама овца!

— Сюда иди! Да отпусти ты, придурок…

Ленька видел, что Степа долго не справится с этой вертлявой осой, и подошел к ней вплотную.

— Успокойся. Или ты о Майе хочешь поговорить? – сказал он тихо, так, что расслышал его максимум Степка. – Обсудим, может, ее поиски? Или тебе про яйца интересней?

Камила злобно смерила его взглядом, но неожиданно расслабилась. И улыбнулась.

— Да все нормально, че вы все подорвались-то… Нормально же сидели! Пока эти не пришли! – Она кивнула в сторону Нели и ее девчонок.