Тайна кровавой графини - Анна Велес Страница 50

Он вышел на кухню спустя еще полчаса. Чувствовал себя странно. Во‐первых, Артему все же было стыдно, что он без разрешения вторгся в жизнь Давида. Это казалось нечестным. Во‐вторых, результаты такого любопытства поражали и никак не укладывались в голове. А еще – казались фантастичными. И раздражали, потому что Артем наполовину уже в них поверил. Следователь понимал, что разговор с Давидом на эту тему неизбежен, при этом боялся спрашивать, как-то интуитивно чувствовал, что получит подтверждение, отчего станет только хуже.

— Могу составить компанию? – раздалось за его спиной.

Артем обернулся. Его гость стоял на пороге кухни. Следователь только обреченно кивнул.

— Чаю? – коротко предложил он. – Или что покрепче?

Давид улыбнулся, но не весело, а чуть сочувственно.

— Устал? – спросил он. – Может, и правда по глотку вина?

— Давай, – угрюмо согласился хозяин дома, доставая из холодильника бутылку.

Вино было куплено Давидом еще к ужину, но за разговорами о напитке забыли.

— У тебя что-то не так, – заметил консультант, усаживаясь за стол. – Расследование или что-то личное?

Артем досадливо поморщился. Ладно, у Давида там всякие звания и международная репутация специалиста, но, кроме этого, и без того сразу было понятно, что этот странный человек неглуп и наблюдателен. Да еще при таком долгом жизненном опыте, если верить нейросетям!

— Извини, – честно покаялся следователь. – Я… Мне было интересно узнать о тебе немного больше… И…

Он сбился. Получалось все равно некрасиво.

— Я не имел права лезть в твою жизнь, – признал Артем. – Просто все это поганое дело, твой приезд такой странный, твои, скажем так, рекомендации…

— И что ты нашел? – Давид совершенно не выглядел обиженным и ничуть не напрягся – казалось, ситуация его как-то даже радует. – Как спрашивают в детективных сериалах: на чем я прокололся?

— Год издания одной из книг, – выдал следователь сухо, будто на самом деле говорил с преступником из вот такого кинематографического сюжета. – А потом еще упоминание твоего имени в каких-то документах. Там, правда, не на русском было, я мало что разобрал. Но важен, опять же, год. И фото одно.

Давид закивал как-то удовлетворенно.

— Артем, – заговорил он отечески благодушно. – На самом деле, извиняться перед тобой стоило бы мне. Потому что в каком-то смысле это была откровенная манипуляция. Ты человек рациональный, уважающий только логику. А еще ты очень неплохой следователь. Тебе на голову сваливается какой-то непонятный специалист. Более того, тебе его буквально навязывают, в приказном порядке, без малейших объяснений. Любой на твоем месте принял бы решение узнать обо мне больше. Я подумал, что так тебе будет если не проще, то привычнее. Ты доверяешь фактам и уликам. И да, я дал тебе возможность найти все самому.

— И что? – нервно осведомился следователь. – Ты реально живешь на свете… сколько?

— Ну значительно дольше остальных, – уклончиво ответил Давид. – Как-то так.

— И? – Артем даже не знал, как правильно задать такой вопрос, не выдать же простое «почему».

— Да понятия не имею! – Его странный гость всплеснул руками. – Честно. Не то чтобы я бессмертный, но почему-то умереть не могу. И тут хотелось бы сказать тебе, что нет никакой мистики, но получится глупо. Она есть, но я ее не знаю и не понимаю. Никаких там обрядов я не делал, магию там какую-то не использовал. В общем, ничего такого экстраординарного и экзистенциального не было.