Королева Лета, умри - Любовь Минеева Страница 52

Пришедшее утро не принесло ни облегчения, ни ответов. Около восьми она услышала, как он чересчур громко возится на кухне. Вскоре, после нервного покашливания, раздался стук, и Леня просунул голову в приоткрытую дверь:

— Хочешь чай или кофе? Мать вот-вот приедет…

Намек был таким толстым, что она отказалась от посиделок за чаем и пулей вылетела из дома. Замешкалась, конечно, уходя – будет ли поцелуй на прощание? Но Леня сказал лишь:

— Ладно, созвонимся!

О том, был ли в этой фразе какой-то подтекст, она размышляла всю дорогу до дома.

Вика успела как раз к завершению завтрака. Отец рассеянно чмокнул ее в макушку, выходя из кухни, Дима сидел за столом перед недоеденным омлетом, уткнувшись в телефон.

— Как ночевка у подруги? – спросила мама, наливая кофе.

— Лучше и быть не могло! – искренне ответила Вика, плюхаясь на стул. – Нальешь и мне кофейку?

— Че за подруга? – подозрительно сощурился Димка.

— Одноклассница!

— Какая именно?

— Бондарева Саша! Чего докопался?

— Бондарева? Фу, иди помойся!

— Придурок!

— Она сифозная, тебя теперь только сжечь!

— Может, тебя?

— Ладно вам! – Мама со стуком поставила перед Викой кружку с кофе и тем закончила перепалку. – Чем занимались?

Вика пожала плечами и ответила как можно небрежнее:

— Устроили что-то типа вечера памяти Япрынцевой. Посидели во дворе с другими ребятами…

Дима поднял голову:

— А чего мне не сказала? Я бы тоже приехал!

— Это к сифозной-то?

— Или твоя новая «подружка» не разрешила? Я сейчас не про Бондареву!

— Ой, заткнись, а?

— Скажешь, не так?

Вика замялась, поскольку Леня и правда был против присутствия Димы. Благо мама вновь пришла на помощь:

— Дим, хватит доводить сестру! Поел? Собирайся, отец ждет!

— Он снова поедет с папой?

Дима скорчил недовольное лицо и нехотя вышел из-за стола.

— Да, папа сказал, это будет что-то вроде летней подработки.

— Димка наказан?

Мама пожала плечами.

— Если бы не перечил отцу, не вляпался бы в неприятности. Отец сразу был против его одержимости этой девочкой.

— Да не было никакой одержимости! – заорал Дима из прихожей.

— Иди уже! – ответила Вика. Лучшей возможности расспросить мать про венки не придумать, и ей не терпелось остаться с ней наедине. Наконец хлопнула дверь.

— Мы вчера весь вечер болтали с девчонками… Ужасно, конечно… Кто-то говорит, мол, это такое наказание для поселка. Таня ведь… как это… олицетворяла богиню Ладу. Ну, языческую. Она вроде как богиня плодородия, да?

Мама смотрела кулинарное шоу по телику и не повела бровью.

— Не знаю, дочь. Ты про праздник?

— Какой праздник?

— Ну, День земли? Таня же богиню лета там играла?

— Я про славянскую богиню Ладу! Ты слышала о такой?

— Не-а. Вы на истории проходили?

— Типа того.

Мама кивнула и снова уставилась в телик. Вика лихорадочно думала, как перевести тему на венки, и решила применить тот же метод, что и с Лукмановой. На Нельке же сработало!

— Кстати, а куда ты дела остальные венки?

— Что? – Мама отвернулась от телика и удивленно воззрилась на дочь. Ну наконец-то!

— Я про цветочные венки: один был на голове у Тани, но ты же их с десяток заказала. Зачем?

Взгляд матери заметался по столу, и Вика вдруг похолодела. Она бы, конечно, разочаровалась, если бы эта ниточка никуда не привела, но… Если мама в чем-то замешана…