Ледяная ночь. 31 история для жутких вечеров - Саша Гран,Анна Щучкина,Евгения Липницкая,Виолетта Орлова,Борис Хантаев,Анхель Блэк,Мария Токарева,Эдди Кан,Дария Эссес,Александра Рау,Ольга Дехнель,Яна Вуд,Юлия Макс,Оксана Токарева,Рия Альв,Софья Соломонова,Е Страница 55

Мать провела Аяну до каменного круга, где тлели угли от священного костра, и положила руку ей на плечо:

– Три дня и три ночи духи будут испытывать тебя. Не отвечай на их голоса, не принимай их дары.

Аяна кивнула, сжимая в руке амулет – клык медведя, перевязанный конским волосом. Когда шаги матери затихли, тьма сомкнулась вокруг плотнее. Сначала пришел холод. Он заползал под одежду острыми пальцами, заставляя зубы стучать. Потом – голод, скручивающий желудок. Аяна сидела, обхватив колени, и шептала заклинание-оберег.

– Маленькая шаманка… – прошелестело из угла.

Из тени выползло нечто, похожее на высохшего старика, но с паучьими лапами вместо рук. Это был абас, дух оспы. За ним – другие: с оспинами, с гниющими лицами, с животами, раздутыми от червей.

Они окружили ее, трогали волосы, обдавали жутким зловонием.

– Твоя магия – детская кукла из тряпочек. Ты не справишься.

– Мы разорвем тебя, как мышь.

– Вернись в свою колыбель.

Аяна зажмурилась. Вспомнила, как мать учила: «Страх – это дверь. Они могут войти, только если ты откроешь». Она начала напевать колыбельную, которую пела ей Алтын. Голоса стихли.

На рассвете в пещере стало светлее. Аяна, изможденная, прильнула к стене, ловя капли воды, сочащиеся из трещин.

На закате третьего дня пещера задрожала. Камни заскрипели, будто что-то огромное проползало сквозь них. Воздух наполнился запахом серы и… золота? Перед Аяной возникла голова. Больше человеческой, покрытая золотой чешуей. Глаза – как расплавленное железо.

– Ты уверена, дитя? – Голос Великого, или Старого, Полоза раскатывался под сводами, заставляя дрожать камни.

– Да. – Аяна встала, хотя ноги подкашивались.

Чешуйчатая морда приблизилась, горячее дыхание опалило лицо:

– Кощей старше гор. Стерегущий моего сына демон пьет страх тысячелетиями. Даже ящеры Змейгорода не сумели его одолеть, только с огромным трудом и жертвами загнали обратно в Навь.

– Я не буду убивать. Я запру его в зеркале, как учила твоя старшая дочь.

Великий Полоз замер, затем медленно покачал головой:

– Тогда иди. Но помни: цена победы – часть тебя самой. Ты отдашь то, что любишь больше всего.

Он растаял, оставив после себя только искры в воздухе.

Аяна вышла из пещеры наутро, ослепленная солнцем.

Мать, дожидавшаяся у входа, вздрогнула:

– Твои глаза…

В отражении озера на дне аласа Аяна увидела – ее радужки теперь были с золотыми крапинками, как будто туда проникли частички золота.

– Это дар, – сказала она. – И предупреждение.

Мать только обняла ее, протягивая прабабкин бубен.

Аяна поблагодарила за подарок, понимая, какая оказана ей честь, и начала готовиться к самому великому камланию в своей жизни. Пуговка ей показывала, что Дмитрий Власьевич, томящийся в плену у Кощея, изнемогает и у него остается все меньше сил терпеть каждодневные издевательства, которым подвергает его кровожадный демон. Но при этом Аяна понимала, что выходить на поединок надо подготовленной.

– Отлить зеркало тебе поможет Водяной, которого вы зовете Куех Боллох Тойон, – объяснила Домна Власьевна. – Он великий мастер отражений и имеет старые счеты с Кощеем.

– Где мне его разыскать? – спросила Аяна.

– Он сам тебя найдет, – усмехнулась Хозяйка Медных гор.

Однажды зимним морозным днем Аяна, которая окончила медицинский техникум и работала фельдшером, чтобы заниматься целительством на законных основаниях, навещала старого рыбака, жившего возле расположенного на дне аласа большого озера.