Сновичи - Надя Сова Страница 56

— Что? – Гриша в этот момент полез куда-то в ящик стола. – А, это варган, музыкальный инструмент. Если хочешь, возьми. У меня он просто так пылится. Там еще чехол деревянный с ним был.

Вацлав внимательно посмотрел на полке, и то, что он принял за подставку для благовоний, на самом деле оказалось чехлом для варгана.

— Можно взять? – на всякий случай уточнил Плешков. Класть варган на место не хотелось вообще.

— Да, – ответил Гриша. – Нашел, смотри!

Он держал в руках березовую кору, на которой были нарисованы странные знаки.

— Похоже на руны, – сказал Вацлав.

— Ага, но не они, – кивнул Колдуненко. – В Ладном мире это называют знаками Яка.

— Где? – не понял Вацлав.

— Там, куда мы во сне попадаем.

— А, кажется, это уже говорили. Забыл, что это место так называется. А почему знаки Яка?

— Говорят, что их придумал первый стражник, много изучал формы и смыслы и пришел вот к таким начертаниям.

— Знаешь, – Вацлав скептически посмотрел на бересту, – похоже на сочетание всего, что я видел до этого.

— Думаю, так и есть.

— И ты это притащил из сна?

— Ага!

— Ясно.

Вацлав не впечатлился находкой Гриши.

— А ты ожидал, что я тебе сейчас покажу арбалет или секиру?

— Ну, – Вацлав задумался, – хотя бы ножик какой.

— Ножик тебе Ангелина притащит, – проворчал Колдуненко, убирая бересту. – А это колдовской артефакт!

— Да скорее она его себе оставит. – Вацлав покрутил в руке варган. Надо поискать в интернете, как на нем играть.

Зазвонил домофон.

— А вот и окна твои приехали, – сказал Вацлав.

— Успели до времени тишины, – кивнул Гриша.

— Я пойду. Спасибо за варган.

После разговора с Колдуненко стало легче, и почему-то этот странный музыкальный инструмент тоже добавлял спокойствия. Было в нем что-то нереальное, похожее на сны, куда они все проваливаются.

Дома было тихо. Мать сидела у себя, слушая бормотание телевизора, и вязала.

— Ужин на столе! – крикнула она, услышав шаги Вацлава.

Плешков был не голодный, но все-таки забрал к себе в комнату тарелку с картошкой и подливой. У Гриши было первое, а тут – второе.

Пользоваться варганом оказалось очень легко. Металлический вкус на губах, странный дребезжащий звук – все это рисовало перед глазами Вацлава картину. Вот он снова попадает в сон, но не переживает, что застрянет там, ведь в кармане лежит варган. И стоит на нем сыграть, как уютная реальность вернется и сон закончится.

Засыпал Плешков, спрятав под подушкой варган, чтобы тот наверняка был с ним.

Сон долго не шел. Мысль, что Колдуненко не был до конца честен в своем отношении к Ладному миру, не давала покоя. Гриша знал куда больше, чем говорил. И явно умел пользоваться правилами этого мира. Неважно, существует он или нет.

Рука под подушкой сжала варган, вдавив металл в кожу. Жизнь и так не была спокойной и безмятежной. Вацлав с трудом поступил на бюджет, но туда, куда хотел. Мать до сих пор мозг пахала, что мог бы в МАИ поступить и быть нормальным человеком. Писатель – не профессия. Теперь помимо того, что он получает «не профессию», так еще и крышей едет со своими снами.

В прихожей хлопнула дверь. Вернулся со смены отчим, в голос пошел рассказывать матери, как у него день прошел. Сон окончательно пропал. Вацлав даже почувствовал досаду – не попробовать этой ночью варган. А отчим говорил все громче, ходя туда-сюда по коридору. Пришлось встать, взять наушники и ноут в кровать. Если сна нет, то хоть текстом можно заняться. Учеба никуда не девалась. А Вацлав как раз вызвался через пару недель предоставить текст на обсуждение. О чем писать?