Малум - Юлия Макс Страница 57

За него решила Эва. Она села на постели, поправила бретельку шелковой майки, которая норовила сползти с правого плеча, и усталым голосом заверила:

— Я в порядке. Просто кошмар был слишком яркий.

Якуб сделал вид, что поверил, только вот в порядке она не была. Ее опухшие глаза с расширенными зрачками и подрагивающие руки, лежащие поверх одеяла, говорили сами за себя. Хотелось узнать, что же так мучило Эву по ночам, хотелось заглянуть в ее шкаф со скелетами, но, понимая, что сейчас не время, он лишь сдержанно попрощался:

— Спокойной ночи. – Якуб вышел, тихо прикрыв за собой дверь.

Он снова лег, засунул пистолет под подушку и взглянул на часы. До сигнала будильника, который он поставил на шесть, оставалось три часа.

Якуб спал тяжело, словно ворочался в черной яме, и, когда телефон издал противный писк, резко очнулся и потер лицо руками, пытаясь прийти в себя.

Вчера у него состоялся неприятный разговор с отцом о работе на Фауста. Петр Ягр отговаривал его и просил разорвать договор о найме, пока это было возможно. Сейчас Якуб сожалел о том, что принял решение сгоряча, толком ничего не обдумав.

Встав с кровати, он машинально сделал короткую серию упражнений. Что-то вроде зарядки, только усиленной выпадами и приемами самообороны. Умывшись и одевшись, он заправил постель и, взяв ноутбук, направился к лестнице. За дверьми комнаты Эвы стояла тишина.

Ягр поднялся на третий этаж, посмотрел на одну-единственную дверь в лабораторию доктора Фауста и про себя отметил, что мансардные окна, которые видны с улицы, – это еще один скрытый от посторонних этаж. Якуб предположил, что именно там и живет Баал.

Спустившись на кухню, он нашел кофемашину. Из шкафа достал круассаны, которые они, посовещавшись с Эвой, заказали вчера вместе с доставкой еды, чтобы сегодня было с чем выпить кофе.

Устроившись за обеденным столом, он открыл ноутбук и погрузился в дело. Шесть жертв. Три женщины и три мужчины. Разный возраст. Якуб посмотрел фотографии: волосы, цвет кожи, рост – ничего общего у жертв не было. Каждый месяц по утопленнику. Он внимательно изучил даты и время смерти. Убийства происходили в последние дни месяца, в разное время суток.

«Логичнее было бы в полнолуние, – подумал он, отпивая кофе. – Шизики на ровный кругляш всегда остро реагировали».

Якуб гадал, послали ли из Праги детектива заниматься этим делом или пока не связали утопления в серию, ведь начались они летом, в сезон отпусков, купаний и кемпингов.

— Тоже хочу кофе, – наглым тоном заявил знакомый женский голос и оторвал его от размышлений.

Эва стояла в арке дверей. Волосы собраны в хвост, лицо немного бледное и припухшее то ли от сна, то ли от слез, но на губах играла уже знакомая ему ехидная полуулыбка. В накинутом на майку тонком вязаном тренче и джинсах она смотрелась по-домашнему, словно решила начать немного доверять ему. Якуб вдохнул аромат ее духов – груша с чем-то цитрусовым, и признал про себя, что Эва выглядела сексуально. Особенно просвечивающая сквозь белую майку грудь с ореолами сосков, на которые он очень старался не смотреть, но у него плохо получалось.

— И тебе доброе утро, – ответил Якуб, проследив за Эвой до кофемашины.

— Привыкай. Утром я не слишком дружелюбна, – констатировала она. – По крайней мере, пока не выпью кофе.