Картина смерти - Татьяна Ван Страница 57

— Ну, – Женя оценила «букет», – хотя бы не две.

Полина скорчила рожицу и звонко рассмеялась. Женя заметила, что противоположный пол так сильно веселил Полину, что при каждом удобном случае она не упускала возможности сложиться пополам из-за мужской глупости или намека на нее.

— Больше не будешь общаться с ним? – спросила Женя, отхлебнув еще немного кофе. На самом деле она уже не хотела его пить – ее ощутимо подташнивало, – но Полина так эмоционально рассказывала о новом знакомом, что не хотелось лишать ее удовольствия хоть с кем-то разделить пережитые потрясения.

— Не буду. Я уже не в том возрасте, чтобы влюбляться в тех, кто ведет себя пафосно и загадочно, при этом ничего из себя не представляя. Разговоры – пустой звук. Действия – прочный фундамент. Если мужчина ради тебя горы сворачивает, а не только готов свернуть, хватай его под мышку и беги куда глаза глядят. Запомни, Женёк, в мире полно пустословов. И они не достойны ни одной твоей минуты, ни одного твоего волоска, ни одной слезинки.

Полина замолчала и несколько минут рассматривала цветы. Вдруг уголки ее губ опустились, взгляд потух, а рука потянулась к сумочке. Она достала пачку, вытащила тонкую белую сигарету, зажала между губ и прикурила от красной зажигалки, которая все это время валялась на кухонном столе. В носу у Жени защекотало – она не привыкла к табачному дыму.

— Только действия, Женёк, только действия, – еще раз повторила Полина и с отчаянием ухмыльнулась. Девушка сложила губы трубочкой и выпустила дым.

Женя ничего не сказала. Она лишь в очередной раз сделала глоток кофе и поняла, что еще чуть-чуть – и упадет на кухне замертво.

— Можно я пойду спать? Не очень хорошо себя чувствую. К тому же завтра я хотела съездить в Академию, надо выспаться.

— О, конечно! – вынырнув из своих размышлений, неожиданно воскликнула Полина. – Пошли в комнату твоей сестры. Я тебе уже постелила.

Когда они прошли в темную комнату Киры (плотные шторы не пропускали и толику питерских белых ночей), Женя сжалась от страха – ей ни с того ни с сего показалось, что за ней кто-то наблюдает. Будто они с Полиной вошли не в безлюдное помещение, а в то, где уже кто-то был. Однако, когда хозяйка квартиры включила свет, комната оказалась пустой. Женя хотела было облегченно выдохнуть, но тяжесть, образовавшаяся в солнечном сплетении, не дала этого сделать.

— Располагайся, чувствуй себя как дома, – сказала Полина. – Кстати, ты мне утром ничего не говорила про Академию. Хочешь на выставку или…

— Сейчас не хочу об этом. Позже.

Полина понимающе кивнула.

Комната была прямоугольной и небольшой. С дверным проемом соседствовал полутораметровый шкаф до потолка, по левую сторону от него, у другой стены, стоял раскладной маленький диванчик. Он был разложен. Полина постелила белое белье.

«Как интересно тут пахнет». – Женя слегка прищурилась, непонимающе разглядывая помещение.

Около окна, которое тянулось от одного конца комнаты до другого, стоял кофейный столик со стопкой книг по психологии, что было очень странно: сестра никогда не интересовалась внутренним миром других людей. Широкий подоконник Кира явно использовала вместо стола: он был усыпан ручками, блокнотами, какими-то листочками и документами. Рядом находился чемоданчик с косметикой и украшениями, а также стакан с кистями. В углу были свалены тюбики и баночки с красками…