Коллекционер - Александр Варго Страница 58

«Значит, нужно приложить максимум усилий, чтобы нас не поймали», — подумал он, отстраненно глядя, как за темной полоской леса зарождается нежно-розовый рассвет. К тому времени дождь уже полностью прекратился, и Нос выключил «дворники».

«Соберись, Старлей, — сказал голос. — Дело уже сделано. И вообще, как говорится, погнали! Все херня, но мы погнали!»

Спустя несколько минут усталость взяла свое, и Максим провалился в беспокойное забытье.

* * *

Нос разбудил его, когда солнце уже выглянуло из-за верхушек старых елей. «Газель» стояла на обочине, и это удивило Максима.

— Вылезай, — велел Нос.

— Что случилось? — спросил Долин, моргая спросонья.

— Посмотрим твою спину. И поговорим.

И снова ему не понравился тон, которым была брошена последняя фраза.

— Если ты хочешь выпить, то…

— Выпивка тут ни при чем, — прервал его Нос. Максим пожал плечами и вылез наружу, оглядываясь. С одной стороны к трассе вплотную подступал густой сосновый лес, c другой — бескрайние поля. Значит, они уже на Симферопольском шоссе.

— Снимай куртку, — сказал Нос, и Максим увидел в руках дяди автомобильную аптечку. Морщась, он стянул куртку, за ней следом толстовку. Запекшаяся кровь приклеила материю к телу, но Нос, не особо церемонясь, просто рванул ее вниз. Новая вспышка боли пронзила все тело Максима, и он выругался:

— Куда по живому дерешь?

— Спокойно, неженка, — пробормотал дядя, внимательно разглядывая рану, окруженную разводами крови. — По виду дырка вроде неглубокая. Я сейчас все промою и заклею пластырем.

Пока Нос возился, он мысленно считал про себя. Его дядя не особенно миндальничал, и Максим то и дело скрипел зубами, когда боль становилась нестерпимой.

— Тебе повезло, куртка действительно приняла на себя весь удар, — сказал Нос, заклеивая промытую рану пластырем. — Был бы в рубашке, хана тебе. Но тебе все равно нужно к врачу. Иначе может быть заражение.

Закрыв аптечку, он отряхнул руки и шагнул назад.

— Ну? — заговорил Макс, вглядываясь в сосредоточенное лицо родственника. — О чем ты хотел поговорить? Может, мы все спорные темы отложим на потом, а сейчас все-таки закончим дело и хотя бы доедем до дома?

Нос некоторое время молчал, будто все еще раздумывая, стоит ли начинать этот разговор, потом произнес:

— В том-то и дело, племяш, что вместе мы до дома не доедем. Все, лавочка закрылась.

Максим нахмурился.

«Он что, сбрендил?!»

— Ну-ка, давай, объяснись, — потребовал он. — Я что-то никак не пойму, о чем ты толкуешь.

— Мне не нравится, как все обернулось, — ответил Нос, избегая испытующего взгляда Максима. — Я алкаш, неудачник. Еще вор. Но я не убийца, Макс. И уж тем более не убиваю женщин и детей.

Долин задрал голову, уставившись в бархатисто-голубое небо. Он неожиданно подумал, что оно похоже на безбрежный океан во время штиля — прекрасный и величественный.

— Да, ты не убийца, Нос. Теперь это мой крест, — сказал Долин, опуская голову. — Это я убийца. Ты думаешь, я получил удовольствие от того, что сделал? Нет! Мне c этим жить до самой смерти! Но поставь себя на мое место! Они ведь не давали мне выйти! Эта сумасшедшая прыснула газом, отказалась меня выпускать из дома! Она бы позвонила в ментовку, и меня бы взяли! А потом и тебя!

— Ты мог бы связать ее.

— Она меня видела, дурак ты набитый! — заорал Максим, выходя из себя. — Какой смысл ее связывать, если жена Павла поняла, кто я такой?!