Последняя легенда - Лена Обухова Страница 6

— Прости, нет времени. Успею только по-быстрому принять душ.

Она заметно огорчилась и даже тихо буркнула:

— У тебя никогда нет времени на совместный завтрак…

— Неправда. Мы всегда завтракаем вместе, когда ты остаешься у меня. Оставалась бы чаще – мы бы и завтракали вместе чаще. Отсюда мне ехать далеко.

— Я не хочу оставаться у тебя чаще, – огорошила она, как-то странно глядя на него.

— Почему? Не нравится моя квартира? – несколько уязвленно уточнил Карпатский. – Не дворец, конечно, но все же там больше места, чем у тебя здесь.

— Дело вообще не в этом! – Диана улыбнулась и заговорщицки подмигнула ему. – Просто я это уже проходила. Чем чаще я буду оставаться у тебя, тем удобнее тебе будут наши текущие отношения. А чем мужчине удобнее, тем меньше у него стимула жениться.

Разговор так внезапно свернул на опасную дорожку, что Карпатский растерялся и даже немного испугался.

— Вот как? – только и смог ответить он. – То есть это сознательная стратегия?

— А ты как думал?

Ее тон казался легким и игривым, но карие глаза смотрели на него крайне серьезно, выдавая истинное отношение Дианы к поднятой теме. Это был не лучший день для подобного разговора, но Карпатский задержал внимательный взгляд на ее лице и все же спросил:

— Ты правда хочешь за меня замуж?

— Только не делай вид, что тебя это удивляет. Ты сам говорил, что знаешь, чего я хочу от отношений. И ты был прав. Так что теперь тебе не удастся притвориться, будто ты не в курсе.

Ему вдруг стало невыносимо трудно выдерживать ее взгляд, и он сбежал от него, сев на постели. Теперь Диана оказалась у него за спиной.

— Да, я знаю, что ты хочешь замуж, семью, но… Не за меня же…

— Почему нет? – В ее вопросе прозвучало искреннее изумление. – Чем ты хуже других?

— Тут можно составить целый список, – тихо буркнул он.

Услышал, как она тихонько усмехнулась, а потом почувствовал, как приблизилась, скользнула ладонями по его рукам и положила подбородок на плечо, прошептав у самого уха:

— Какой бы список ты ни составил, все перевесит одно обстоятельство. Я люблю тебя.

Слова подействовали как удар по затылку чем-то тяжелым: слегка оглушили. Кажется, даже в ушах зашумело. Таких признаний они друг другу еще не делали, и сейчас Карпатский оказался к ним совершенно не готов. Подобные слова требуют ответа, а ответить ему было нечего. Сегодня уж точно.

— Ты меня едва знаешь, – только и смог возразить он, откидывая в сторону одеяло.

— Я знаю достаточно, – успела заявить Диана прежде, чем он скрылся за дверью ванной, прихватив с собой только что заботливо повешенные на спинку кресла вещи.

В последних словах ему почудились нотки обиды, камнем легшие на сердце, которое и без того ныло с момента пробуждения. Карпатский еще не успел включить воду, когда услышал, как хлопнула дверь номера. По всей видимости, Диана решила отправиться на завтрак в гордом одиночестве, не дожидаясь его отъезда и не прощаясь.

Он не мог ее за это винить. Даже если она вообще не захочет с ним больше разговаривать, он поймет. Только начавшиеся отношения – штука хрупкая, их можно разрушить в одну секунду неосторожным словом или неуместным молчанием, а его реакция, конечно, обидела ее. Как может быть иначе?

Стоя под горячими жалящими струями душа, Карпатский думал о Диане. До встречи с ней почти одиннадцать лет его жизнь больше походила на прозябание в темном сыром тумане, а она стала теплым светом, разогнавшим его. С ней он снова начал улыбаться, радоваться жизни, чего-то ждать. Он заново полюбил свободное время, выходные дни и больше не искал поводов задержаться на работе, когда ситуация того особо и не требовала. Рядом с Дианой Карпатский чувствовал себя счастливее и даже моложе.