Вторичка - Эра Думер Страница 6

Прохожие пролетали бесформенными тенями, втягивая голову в воротники. Прибавилось немного денег после продажи зимних аксессуаров. Пересчитав купюры в поясной сумке, я засобиралась домой: сложила стопкой хрустящие пакеты с кофтами, освободила стенд от верхней одежды и уложила ее с остальными товарами в баул. Заметила пальто, подвешенное с утра рослым Андреем. Не подумала наперед, что не смогу снять его самостоятельно, а музыкант уже свалил. Ничего не поделать – пришлось взять съемник для одежды и подтянуться.

— Ну, давай же… – помолилась я, когда крючок в очередной раз лязгнул по цепи. Прыгающая с палкой девчонка, наверное, напоминала, какого-то шамана в ритуальной пляске.

— Э, телочка, продай нам свой лифчик! – раздалось за спиной.

Переход наполнился омерзительным хохотом. Я обернулась, прижав к груди съемник. У торговой точки стояло двое тощих парней в лыжных куртках, грязных кроссовках и шапках, стянутых к макушке. Тому, что пониже ростом, не доставало передних зубов, а верзиле – растительности на голове. Дылда покручивал бейсбольную биту, низкорослый надевал на пальцы кастет. Я сделала осторожный шаг назад. Еще один – и упрусь в стену.

— Вы что-то хотели? Закрываюсь же, – вкупе с вечно угрюмым выражением лица, которое я не могла контролировать, мои слова прозвучали дерзко.

Гопники натянули противные улыбочки. Низкий кивнул на поясную сумку и приказал:

— Отдавай бабки.

«Олег оставит меня без единственного способа платить за нашу с мамой квартиру, если не получит сегодняшней выручки. Подумает, что и деньги своровала».

— Че тормозишь, овца? – заметив, что жертва мешкает, «бейсболист» замахнулся битой. – Метнулась!

— Живо!

Моя голова качнулась влево-вправо. Будто я ей не хозяйка, она моталась, отказываясь от односторонней сделки с гопниками. Руки, словно оторванные от тела, сжали сумку с деньгами. Я не успела опомниться, как ноги сорвались с места и понесли туловище к ближайшей лестнице. Непечатно выругавшись, грабители пустились вдогонку.

Забег на короткую дистанцию окончился фиаско. Лысый верзила подставил подножку, и я угодила лицом в коричневую слякоть, не добравшись до лестницы. Он схватил за волосы и прижал к плитке коленом – я не могла пошевелиться и плевалась грязным снегом, занесенным подошвами с улицы.

— Ты совсем попутала?! – гаркнул мелкий с кастетом, опустившись передо мной на корточки.

— Не могу отдать выруч… – сдула испачканные волосы с губ, – выручку. Это не мое.

— Ну а чье? Лысого?

— Олега. Олега Лысого. Он меня крышует.

Гопник присвистнул и хихикнул:

— Борямба, ну ты прикидываешь к носу? Олег Лысый крышует барышню! Тогда пардоньте, е-мое, отставить грабеж!

Я почувствовала, как неуверенно зашевелился Борямба. Захват причинял мне боль, особенно в левой руке, которую согнули как в пособии по йоге. Украдкой вздохнув, я спросила:

— Вы серьезно?

— Нет конечно, идиотка! – засмеялся коротышка и дал знак напарнику. – Борямба, стащи с девки сумку.

Грабитель нащупал застежку, щелкнул ею, и ремешки ослабли. Борис перевернул меня на спину за плечо. Приняв сидячее положение, я смотрела все с тем же безразличным лицом, как гопники нетерпеливо рвут молнию и высыпают содержимое сумки прямо в руки. Мой паспорт красной птичкой спорхнул на землю и шлепнулся разворотом с пропиской в подтаявший снег. Пошел дождь из мелочи на проезд, но преступники мигом подобрали все монетки.