Ужас из телевизора - Кодзи Судзуки Страница 60

— Кстати…

Подведя мосты, Рюдзи наконец перешел к сути дела.

— Ах, извините. Я тут заболтался совсем… О чем, собственно, вы хотели посоветоваться?

Да, судя по всему, младший Миура особыми научными способностями не блещет. Еще бы, под тон собеседника подстраивается молниеносно, как заправский торгаш – во взгляде Рюдзи чувствовалось презрение.

— Дело в том, что мы ищем одного человека…

— Какого человека?

— Нет, имени его мы не знаем. Потому и обращаемся к вам.

— Ээ, а чем, собственно… Я не совсем понимаю…, – лицо Миуры выражало такое недоумение, что лучше было рассказать все по порядку.

— Видите ли, мы не знаем даже, жив этот человек или уже умер. Пока не знаем. Очевидно одно – он наделен необычными, сверхчеловеческими способностями.

Рюдзи перевел дыхание, заглядывая в глаза Тэцуаки. Тот, похоже, сразу понял, о чем идет речь.

— Миурасэнсэй, вероятно, располагал самой большой в Японии картотекой подобных людей. Я слышал, что он создал своего рода информационную сеть и на ее основе составил перечень экстрасенсов со всех уголков страны, и что перечень этот сохранился.

Тэцуаки нахмурился. Ну, не собираются же они попросить его найти в материалах отца имя непонятно кого?

— Да, разумеется. Все материалы в сохранности. Но ведь им числа нет, да и обычных шарлатанов среди них немало.

Он ужаснулся от мысли, что снова придется рыться в отцовских материалах. Для этого нужно привлечь десять с лишним учениковэнтузиастов и потратить несколько месяцев. Причем, основная масса документов доверия не внушает, и воля покойного – единственная причина, по которой приходится хранить эти горы макулатуры.

— Нет, нет, мы совсем не хотим вас утруждать. Если вы не против, мы сами могли бы поискать…

— Архив у нас на втором этаже. Желаете посмотреть?

Тэцуаки поднялся с места. Легко сказать «сами», они еще количества бумаг не видели. Ничего, вот взглянут на ряды папок на стеллажах – враз свой пыл охладят. С этими мыслями Миура вел их наверх.

В комнате с высоким потолком, у стены, прямо напротив лестницы стояли в два ряда семиэтажные стеллажи. В каждой папке данные на сорок человек, а папок здесь тысячи, взглядом не охватишь… Рюдзи заметил, что с лица Асакавы стремительно сползает краска.

…Этак засядем тут, во тьме архива – здесь свой смертный час и встретим…

А в глазах его прочитывался безмолвный крик: «Ой, нет! Что угодно, только не это!»

— Мы можем посмотреть? – как ни в чем ни бывало, спросил Рюдзи.

— Пожалуйста, пожалуйста. Все в вашем распоряжении…

Некоторое время Тэцуаки терпеливо наблюдал за ними, всетаки интересно было, что это такое им приспичило искать, но в конце концов ему это надоело.

— Я пойду, работа ждет…, – сказал он и ретировался.

Когда он ушел, Асакава спросил у Рюдзи.

— Слышь, ты объясни, что к чему! – задрав голову, он обозревал ряды папок на полках, поэтому голос получился неожиданно грубым. Войдя в музей, он до сих пор не проронил ни слова. Папки были выстроены в хронологическом порядке, а на корешках проставлены годы и месяцы, начиная с 1956го и заканчивая 88ым. Восемьдесят восьмой год… тогда как раз скончался профессор Миура. Тридцать три года кропотливой работы по сбору коллекции – смерть всему положила конец.

— Времени нет, по ходу поговорим. Я начну с пятьдесят шестого, а ты с берись с шестидесятого.