Тайна Скарабея - Татьяна Ван Страница 66

От слов Киры Женя содрогнулась всем телом, не веря услышанному. Все походило на фарс, розыгрыш.

— Ты для меня с детства была самой необыкновенной! Ты всегда красиво и чувственно писала! – выкрикнула Женя. – Но сейчас… ты мне противна!

— Лучше бы ты не рождалась, – спокойно ответила Кира. – Я каждый день проклинаю тот час, когда узнала о твоем появлении на свет. Потому что тогда мама и сказала мне: «Ну что, помощница, впереди нас ждет большая работа». Нас. Оказалось, не нас, а меня. Ты должна быть благодарна, что я не продала тебя цыганам, хотя такая возможность была. – Кира жутко расхохоталась.

Женя в один шаг приблизилась к Кире, чувствуя себя большой и сильной.

— Заткнись! – сжав зубы, рыкнула она.

«Хлоп!» – от звука пощечины на миг заложило уши, но Кира лишь слегка качнулась.

— Ах ты мерзавка… – прошипела сестра, держась за щеку.

Женю будто окатили ледяной водой: она в испуге отшатнулась.

— П-п-прости меня, – пролепетала она и коснулась плеча Киры, как в детстве, заглядывая ей в глаза снизу вверх. – Ты как? Я не хотела этого.

— Уходи, – отрезала Кира. – И не трогай меня. Никогда!

Женя всхлипнула и отступила на шаг. Потом еще. И еще. Рыдания стискивали горло, как медная проволока, – до боли и хрипоты. С трудом натянув обувь, она стрелой вылетела из квартиры.

* * *

Кира прислонилась спиной к стене и сползла по ней на пол. Подняв голову, она заметила на столе свой телефон и дотянулась до него. Открыла одну из давних переписок с кучей голосовых сообщений и отмотала их вверх.

— Привет. Картина Скарабея у меня. Я знаю, что она принадлежит тебе, а не Жене, поэтому приходи и забирай, – говорил уставшим голосом Марсель. – Можешь сегодня в любое время – я планирую работать, поэтому готов принять гостей даже ночью. Знаю, что ты постоянно работаешь и у тебя мало свободного времени. Адрес скину.

Спустившись чуть ниже, Кира включила самое последнее сообщение:

— Я хочу отдать картину тебе, потому что она не должна принадлежать Арсению. Он забрал у меня слишком много – внимание и любовь дяди, хорошие перспективы, выгодную партию. Я намерен положить конец его успеху. Приезжай, пока картина не оказалась в недостойных руках.

6

Выбежав на улицу, Женя разрыдалась. В голове все еще звучали слова Киры: «Лучше бы ты не рождалась».

— Нет, это говорила не Кира, это кто-то другой. Кто-то, кто завладел ее душой. Что-то мерзкое и гадкое, – шептала Женя, смахивая с пылающих щек крупные слезы. – И я не хотела ее бить… не хотела.

Будто со стороны, она видела себя, несущуюся на сестру, замахивающуюся и… Женя никогда и ни на кого не поднимала руку, а тут – дала пощечину. И кому? Кире!

«Все равно что плюнуть в собственное отражение в зеркале».

Женя шла не оглядываясь. Она хотела как можно быстрее оказаться в метро, затеряться в толпе незнакомцев, сделать вид, что ничего не произошло.

«Не возвращаться. Не возвращаться сюда. Никогда. Больше никакой Арсений не заставит меня разговаривать с сестрой».

Вспомнив об Арсении, Женя остановилась и позвонила ему. Где-то вдали грянул гром.

— Давай же, – нервно постукивая ногтем по гладкой поверхности смартфона, бубнила она. – Мне так нужно с тобой поговорить. Давай…

Арсений сбросил звонок.

— Это что еще за ерунда? – Женя посмотрела на экран телефона и вновь набрала номер друга.