Кот в пальто - Евгения Малинкина Страница 72

Дашу снова затрясло от холода. Вдруг совсем рядом у лица проскользнул знакомый чёрный хвост.

— Круто ты его!

— Вася?

Показалось?

Верзила куда-то исчез.

Запертая на железный засов дверь пошатнулась и вылетела от удара, Даша увидела в пролёте двери Кирилла.

— Даша!

Кирилл быстрыми движениями размотал верёвки. Даша села на скамейке, голова кружилась, она обхватила себя руками, пытаясь согреться.

— Верзила хотел меня убить, он здесь, он лежит на полу.

— Даша, тут никого нет. Держись, милая, сейчас, сейчас.

Кирилл стащил с себя куртку и закутал в неё Дашу, поднял на руки, вынес наружу.

— У тебя что-то болит?

— Нет, я просто очень замёрзла.

— Подожди, ещё немного – и согреешься.

Потом Кирилл позвонил кому-то по телефону, быстро подъехала машина. Даша чувствовала, что у неё совсем нет сил, она больше не могла произносить слова и шевелиться, обволакиваемая древесным ароматом. Она обмякла в руках Кирилла. Кажется, она теряла сознание или засыпала. Когда пришла в себя, было уже тепло.

1 мая 2015 года, пятница, Новолисино

Кирилл растопил баню и положил Дашу под самый потолок, чтобы она согрелась. Туда, где жар был особенно густой и тягучий.

Он долго массировал её тело, тёр руки и ноги.

Даша не чувствовала стеснения.

Горячей пеной Кирилл стирал с неё кошмар этой ночи.

Даша молчала, не в силах заговорить.

Прошло пять минут, а может быть, час, она согрелась. Холод, который сидел где-то внутри, ушёл, взамен принося жар прикосновений горячих рук.

Даша приподнялась на локтях. Кирилл убрал руку и посмотрел ей в глаза.

— Хочешь чаю?

Даша кивнула, отчего-то чувствуя разочарование.

Они вышли в тёплый предбанник. Кирилл включил чайник и достал две кружки. На деревянных полках лежала стопка махровых полотенец, он взял одно и накинул на Дашу. Его руки задержались на её плечах.

Она чувствовала охватывающее её возбуждение. Ей захотелось самой прикоснуться к Кириллу. Она дотронулась до его ладони и поднесла её к своей щеке. Он замер и посмотрел в её глаза, будто спрашивая.

Даша поняла, что он с трудом сдерживается. Она провела пальцем по ямочке на подбородке. Кирилл склонился к ней и поцеловал долгим горячим поцелуем, потом приподнял её и подтянул к себе. Даша чувствовала грохот его сердца.

Он сначала осторожно, как бы не веря, начал ласкать её, прикасаться, целовать, чувствуя горячий отклик её тела. Было невыносимо жарко, он прижимал её к себе сильнее, дыхание сбивалось, они куда-то спешили и не спешили одновременно. Если на нём и была одежда, то она куда-то делась.

Даша ощущала спиной шершавую ткань махрового полотенца, брошенного на скамью. Ей казалось, что она где-то между небом и землёй. Кирилл был настойчив и бережен. Она упиралась в него руками, потом крепко обнимала, прижимаясь, потом ласкала его, трогала, чувствуя, что не может от него оторваться. Руки и губы Кирилла исследовали её тело. Она дрожала и выгибалась, принимая его. Она гладила его напрягшийся живот, чувствуя немыслимое желание освобождения. Их дыхание слилось. Они казались единым целым. Они были единым целым. По-другому просто не могло быть.

Нарастающее напряжение жгло их тела изнутри, заставляя двигаться в унисон к наивысшей точке наслаждения.

Сначала растущая, затем неумолимая, сокрушительная волна накрыла их с головой. Сплетённое дыхание превратилось в стон блаженства, растекающегося по каждой клеточке.