Дух огненных озер - Артур Гедеон Страница 75

Крымов уже смеялся:

— Еще как помню. Да, вы преданный своему делу старатель, Юрий Вениаминович.

— Еще какой преданный.

— Но вам повезло, что вы не проникли в это подземелье и его коридоры, – заметил детектив.

— Почему?

— Потому что с вами могло бы случиться то же, что и с теми гэбэшниками.

— Да, Юра, все так, – подтвердил Антон Антонович. – Вырвался бы из стены смерч, обратился бы в страшного бородатого высоченного мужика в тулупе и шапке и стал бы задавать тебе вопросы. А сказал бы ты что не так, он бы тебя в песок и пыль превратил, как тех самых несчастных комитетчиков.

Пока он говорил, глаза пожилого библиотекаря становились все шире.

— Вы и про это знаете?!

— Про что про это?

— Про «смерч из стены»?

— А ты что об этом знаешь? – Антон Антонович метнул взгляд на своего моложавого компаньона, а затем вновь на Пастушкова. – Ты об этом, Юра, ничего не должен знать. Ну мне так кажется, или я не прав?

— Но ведь я знаю?

— Вот именно – откуда?

— Аполлон Светозаров оставил в своих мемуарах воспоминание об одном сне. Как к нему вышел из стены вначале черным дымом, а потом и смерчем такой вот бородатый мужик, но только в рясе, и сказал ему, что скоро его ждет награда. И так и случилось – следующей ночью в парке к нему неслышно подошла сзади эта самая княгиня Савойская, которую он любил и ждал десять лет! И быстро увела его в постель.

— Так-так, – хрипло пробормотал Антон Антонович. – Дальше, Юра…

— Они месяца два с лишком миловались, а потом из дома все исчезли, домашние, прислуга, сам Губин заперся у себя, сказался больным, и Светозаров пошел искать свою любовницу в подземелье. И услышал в ее же апартаментах три голоса – два мужских и один женский.

— Там, где мы были и откуда амурчика сперли, – бросил коллеге Долгополов.

— Я уже понял, – кивнул Крымов.

— И обнаружил ее, свою Аделаиду, с двумя странными мужиками, – продолжал Пастушков. – Один был сухой длинный бородач в рясе, на монаха похожий, с вкрадчивым голосом…

— Это был он, Кучерём! – воскликнул Долгополов.

— Разумеется, – подхватил Крымов.

— Дальше, Юрий! – скомандовал Антон Антонович.

— А второй – гигант, лицом похожий на быка.

— Болгарык! – подскочил со своего стула Долгополов и забегал по гостиной номера. – Он, он, здоровый черт!

— Теперь моя очередь сказать «фантастика», – поддержал его Крымов.

— Ну, и третьей, разумеется, была Аделаида. Светозаров написал, что они как будто были все близки друг другу, ну как родня, у которой нет друг от друга секретов, они как будто были одним целым…

— Одним целым? – остановился Долгополов.

Антон Антонович быстро перехватил взгляд Крымова.

— Ну да, – кивнул Пастушков. – Кстати, они ее сестренкой называли, а она их братцами.

— Да ладно? – едва вновь чуть не подпрыгнул Долгополов.

— Ну да, я же говорю, Светозаров сказал, будто они выглядели одной семьей.

— Семья! – потряс указательным пальцем Антон Антонович. – Семейка! Ну что, Андрей Петрович, кажется, мы вышли на искомый след, а?

— Похоже, Антон Антонович.

— А тулуп этот она тощему с бородой привезла. В подарок. Сказала, как я понял, в шутку, что он раньше самому Аттиле принадлежал.

— Ого! То-то он с ним никогда не расставался! Что было дальше, Юрий?

— Они посмеялись над несчастным Светозаровым. Он думал, что упадет в обморок от ужаса и отвращения. Они еще предлагали ему сырые потроха отведать. Его вырвало прямо под портретом возлюбленной. Он сам сбежал от них. Потом унесся на лошади, по окрестностям метался, сто дум передумал, а когда вернулся, то ворота перед ним были закрыты, его ждала карета с его же вещами. Ему указали на дверь.