Мертвые смотрят вверх - Дана Арнаутова,Марина Комарова Страница 84

Когда зажглась последняя свеча, Геджин подпалил благовония. Поднялся густой ароматный дым, окутывая круг.

— Начинаем, – прошептал он и начал читать.

Слова были древними и непонятными. Енчжу узнавал отдельные слоги. Старокорейский, смешанный с китайским и с чем-то еще, может быть, шаманским языком, известным только посвященным. Голос Геджина звучал низко, гулко, гипнотически. Казалось, что наполнял пространство вибрацией.

Воздух изменился и стал холоднее. На плечи будто давило что-то тяжелое. Пламя свечей заколебалось, хотя ветра не было.

Джувон закрыл глаза, сосредотачиваясь. Енчжу видел, как напряглись его плечи и побледнело лицо.

Внезапно из колодца донесся звук.

Тихий. Почти неслышный. Едва различимый всплеск воды.

Енчжу замер, вглядываясь в темноту колодца. Ничего не было видно. Но он чувствовал. Чувствовал, что что-то там, внизу, зашевелилось. Проснулось.

Еще один всплеск. Ближе. Будто кто-то поднимается по воде прямо как по ступеням и тянется к свету свечей.

Джувон вздрогнул. Распахнул глаза – и Енчжу охнул.

Глаза Джувона были полностью черными. Зрачок затопил всю радужку – от края до края. Черные-черные, как вода на дне колодца.

— Она здесь, – прошептал Джувон чужим и непривычно тонким голосом. – Она смотрит на меня. Снизу. Она… боится.

— Скажи ей, что мы друзья, – хрипло велел Геджин. – Что мы хотим помочь.

— Я говорю… – произнес Джувон и качнулся, Геджин крепче сжал его плечи. – Она не верит. Она думает… думает, что я – Мичжон. Что онни наконец вернулась…

Его голос задрожал:

— Нет… нет, Юнхи, я не…

Он резко задохнулся. Схватился за горло обеими руками. Лицо исказилось, рот открылся в беззвучном крике.

— Она тянет его! – рявкнул Геджин. – Доктор, бей по воде! Сейчас!

Енчжу не думал. Рванулся вперед, преодолев линию соли, замахнулся битой и со всей силы ударил по темной воде в колодце.

Горячая вибрация пронеслась по рукам. Вода взорвалась брызгами и разошлась волнами.

Джувон охнул, отпустил горло и втянул воздух.

— Еще! – заорал Геджин. – Не останавливайся!

Удары посыпались один за одним. Бита входила в воду с глухими всплесками, поднимая брызги. Руки гудели от ударов, но он не останавливался.

— Работает! – задыхаясь, крикнул Джувон. – Она отступила… она злится… но отступила!

— Скажи ей про Мичжон! – сказал Геджин. – Покажи правду! Быстро, пока она не собралась снова!

Джувон закрыл глаза, лицо исказилось от напряжения:

— Юнхи… слушай меня… Мичжон… твоя онни… она тоже умерла в том колодце… ее нашли… похоронили… она ушла давно… восемьдесят лет назад…

Из колодца донесся звук. Нет, не всплеск. На этот раз протяжное, тонкое, болезненное. Одновременно плач и вой раненого животного.

Вода в колодце забурлила и начала подниматься. Енчжу отпрыгнул, но струя воды вырвалась из глубины и взметнулась вверх, словно живая.

— Что за… – начал он.

И замер.

В струе воды формировались очертания фигуры. Размытые, полупрозрачные, но… узнаваемые. Девочка! Худенькая девочка в мокром ханбоке с распущенными волосами, закрывающими лицо. Руки тянулись вперед к Джувону.

— Онни… – донесся детский, полный отчаяния голос. – Онни, не уходи… не оставляй меня снова…

Джувон открыл глаза и посмотрел на призрака. Только сейчас Енчжу заметил, что по щекам парня текут слезы.

— Юнхи… я не твоя сестра… Мичжон больше нет… она ушла…