Картина смерти - Татьяна Ван Страница 90

Окна здания выходили на три улицы. Рассматривая его с Каменоостровского проспекта, Женя заметила маскаронов. Этот элемент архитектуры всегда вызывал в ее душе двоякие чувства. С одной стороны, красиво и необычно, с другой – немного жутко. Казалось, что изображенные мифические существа когда-то были живыми, но отчего-то превратились в камень.

Жду тебя у входа.

Прочитав сообщение от Арсения, Женя глубоко вздохнула и убрала телефон в карман джинсов. Она стояла на противоположной стороне улицы, на светофоре, и высматривала молодого человека, который смутно напоминал бы друга детства – пухлого смуглого мальчика с ярко-голубыми глазами и смешной походкой.

Тем временем Арсений Сафонов стоял возле парадной, скрестив руки на груди и переминаясь с ноги на ногу. Он смотрел на асфальт, на витрину, но ни разу не на прохожих, будто бы боясь встретиться с ними взглядом или увидеть ту, которую ждал.

Легкое волнение мешало молодому человеку поднять взгляд, но он ничего не мог с собой поделать. Не помогали даже глубокие вдохи и выдохи. Он не знал, как пройдет встреча с Женей, не мог даже вообразить, какая она и что из себя представляет. Как и многие люди, которые ждут встречи с приятелем детства, он боялся, что разочаруется в человеке, которого увидит. Боялся, что не найдет в ней бойкую, но безумно талантливую девочку. Страшился, что хулиганки по имени Женёк больше нет.

— Арсений? – послышался голос слева. – Это ты?

Молодой человек развернулся, поднял голову и взгляд. Перед ним стояла коротко стриженная девушка в джинсах, бежевой футболке и с молочного цвета шопером на плече.

— Женя? – выдохнул парень. В его взгляде не промелькнуло ни удивления, ни чего-либо другого. Скорее блеснул огонь удовлетворения.

Арсений с радостью подтвердил свою догадку, что тогда, в «Подписных», он не ошибся: это действительно была Женя. Но волосы… Еще недавно они были длинными.

— Да.

Повисла неловкая пауза. Друзья детства смотрели друг на друга, не веря в происходящее. Девушка коротко улыбнулась, Арсений сипло вздохнул, не зная, что сказать.

— Я безумно рад тебя видеть, и я безумно смущен, – наконец сказал он, разведя руки. – Давай уже обнимемся, а!

— Арс. – Женя засмеялась и обняла друга.

Молодой человек широко улыбнулся, и на его щеках появились маленькие ямочки.

4

— У меня сегодня нет никаких встреч, поэтому мы можем поговорить тут. – Арсений приоткрыл дверь, пропуская Женю в здание.

Галерея находилась на пятом этаже. Когда-то в ее помещениях жили высокопоставленные чиновники СССР, теперь же ее выкупили на благо искусства.

Наверху Женю встретила массивная и высокая белая дверь с довольно скромной, но изящной табличкой:

Частная галерея

Роберта Абдулова

Часы работы: 10:00–20:00

Внутри помещение не уступало государственным музеям. Напротив входной двери располагался кабинет администратора, как потом выяснилось, Арсения. В многочисленных залах с белыми обоями висели картины. В самом дальнем помещении бывшей квартиры располагался кабинет Роберта Маратовича. Также тут были небольшая кухня и туалет.

— Здесь так красиво, – вздохнула Женя, разглядывая картины, которые висели на стенах в приемной Арсения. Большие и маленькие, яркие и тусклые, написанные в стиле ампир и абстракционизм. Такие разные, взаимоисключающие, но при этом дополняющие друг друга.