Изменитель - Олег Шишкин Страница 95

— Давай так, встретимся вечером, часу в седьмом, у Оперы и переговорим, – предложил испанец советнику.

Американец кивнул, и Балтасар, пожав ему на прощанье руку, пошел, ускоряя шаг. А советник долго смотрел ему вслед.

Отойдя как можно дальше от крыльца, испанец сделал Соколову знак «уезжай», и тот, увидев его жест, пересел за руль и резко тронулся с места, но, заехав за угол в переулок, притормозил.

Балтасар не спеша подошел к машине и сообщил:

— Он видел меня.

— Черт! – взорвался Соколов и переглянулся с женой и дочкой. – А карточка? Где она?

— Вы сами все видели, – испанец протянул Соколову визитную карточку, тот положил ее в карман и пересел, уступив место за рулем Балтасару.

— Так что же теперь? – спросила жена. – Что нам остается?

Соколов погрузился в молчание.

— Папа, что сейчас будет? – спросил Вероника.

— А вот теперь и не знаю, – сказал он чистосердечно.

— Придумай же что-нибудь! Ведь есть же какой-то выход! – воскликнула Мария.

— Он должен, конечно, быть… Но какой? – подавленно пробормотал Соколов. В первый раз он ощущал свое полное бессилие. И вдруг… – На авеню Монтень, 10, в посольство Канады, – без эмоций сказал Соколов.

Балтасар нервно завел автомобиль, пронесся между двумя «рено», едва не задев их бортами, затем сумел быстро провести машину по набережной Сены и вырулил прямо к канадской миссии.

2

Здесь попросили подождать перед дверью консула. Они уселись на стулья, стоявшие вдоль стены.

И это было не менее выматывающе, чем погоня. Ведь, в сущности, погоня уже началась. В ожидании заключения канадского консула Соколов погрузился в раздумья. Ему казалось, что грань, отделяющая его от провала, едва уловима и он держится за жизнь буквально кончиками пальцев.

Выхода не было: завтра с утра в советском посольстве в Париже станет известно, что он пропал. Начнется переполох. Семенов вспомнит его и скажет, что времени прошло слишком мало. Агенты начнут бегать по Парижу, и тогда… Тогда им наступит конец, и никакой индеец им уже не поможет.

Рядом с ними уселся католический священник-капуцин. Он появился как-то неожиданно. И жена разговорилась с ним без энтузиазма. Священник тоже собирался в Канаду – с пасторским визитом по линии то ли римской курии, то ли старокатоликов, о чем пробормотал не вполне внятно. Соколов слышал лишь обрывки этого разговора – мыслями он был полностью в кабинете консула.

Но вот показалась секретарь и предложила:

— Пройдите, вас ждут.

В кабинете консул пожал ему руку и сказал, что постарался выписать ему документ поумнее. И хотя дипломатических отношений между СССР и Канадой нет, но эта виза ему поможет добраться по крайней мере до канадского берега, ну а там уже сущая ерунда. Так что счастливого пути и добро пожаловать в Канаду! Осталось только документы оформить и паспорта проштамповать…

3

Марию подутомил назойливый капуцин, который въедливо интересовался, что у них да как. Она отговорилась: мол, у них с мужем мало времени и нервотрепка не позволяет ей болтать по пустякам.

— Да что вы так торопитесь? У вас что, в Канаде какое-то дело или горе случилось? А если случилось, то это проявление Божьей воли, – утешил капуцин.

Мария решила промолчать и даже сказать что-то грубое, но, взглянув на монаха, увидела вполне себе дородного и приятного человека.