Мертвые смотрят вверх - Дана Арнаутова,Марина Комарова Страница 96

Тогда в панике это казалось вполне приемлемой ценой. Всего лишь три расклада! Джувон делал их десятками, сотнями каждую неделю для клиентов по всему миру. Что такое еще какие-то три расклада?

Но сейчас, слушая этот медовый голос, он понимал, что Кегван не попросит обычный расклад на любовь или карьеру. Он попросит что-то другое. И от этого уже не по себе.

— Я помню договор, – сказал Джувон медленно, стараясь, чтобы голос совсем не дрожал. – Что именно вам нужно, учитель Нам?

— Встретиться лично, – буднично ответил Кегван. – Поговорить с глазу на глаз. Есть один деликатный вопрос, который требует именно твоего уникального таланта и особого дара. Приезжай ко мне завтра. Скажем, ровно в три часа дня? Ты же прекрасно помнишь адрес моей студии?

Джувон помнил. Небольшая, но дорогая студия для духовных практик и эзотерических консультаций в самом центре престижного района Каннам. Место, где Кегван принимал богатых клиентов, проводил «сеансы духовного просветления», учил медитации и рассказывал о чакрах. Место, где он зарабатывал огромные деньги, продавая людям иллюзию контроля над судьбой.

— Могу я узнать, в чем заключается вопрос? – осторожно спросил Джувон.

— О, не хочу портить сюрприз, – игриво ответил Кегван. – Скажу лично. Это… деликатное дело. Оно требует конфиденциальности. Ты же понимаешь.

Нет, Джувон не понимал. И именно это его пугало.

— Учитель Нам, если это что-то…

— Ничего страшного, мальчик мой, – мягко перебил Кегван, и в голосе появились стальные нотки. – Просто расклад. Обычный расклад Таро. Ты же делаешь их постоянно. Или у тебя возникли сомнения насчет нашего договора?

Ловушка захлопнулась. Если Джувон откажется – он нарушит договор. А нарушенный договор в их мире… это плохо. Очень плохо. Это не просто слово, данное другому человеку. Это слово, данное перед силами, которые слушают. Перед духами, картами и самой судьбой. Да и… собственной совестью.

Нарушить – значит потерять доверие. Возможно, потерять сам дар.

— Нет, – выдавил Джувон. – Сомнений нет. Я приду.

— Вот и отлично! – радостно сказал Кегван, будто ничего не произошло. – Жду тебя завтра в три. Не опаздывай. И, Джувон-а… будь готов к тому, что вопрос может оказаться… необычным. Но ты справишься. Ты же… мой лучший ученик.

После этих слов он повесил трубку, не дожидаясь ответа.

А Джувон сидел, глядя в экран телефона, и чувствовал, как внутри медленно закипает злость. Злость, смешанная со страхом и отвращением.

Нам Кегван. Человек, который всегда знал, какие слова подобрать. Как надавить и манипулировать. «Мальчик мой», «лучший ученик», «уникальный талант» – все эти комплименты были оружием и особым способом держать людей на крючке.

И Джувон попался на этот крючок. Снова.

Он швырнул телефон на стол, встал и прошелся по комнате. Нужно было с кем-то поговорить. Нужен был совет. Немедленно.

Геджин. Он позвонит Геджину.

* * *

— Попался, птенец, – философски изрек Геджин, когда Джувон закончил рассказывать. – Кегван умеет расставлять сети. Всегда умел, проходимец. С самого начала, знаешь ли.

— Что мне делать? – Джувон сжимал телефон, стоя у окна своей квартиры. – Я не хочу иметь с ним дела. Не хочу…

— Но должен, – закончил за него старый шаман. – Потому что дал слово. И слово, данное в нашем мире, это не просто звук. Это связь. Контракт и все такое. Ты знаешь это и без меня.