Мой Рим - Верона Виера Страница 110

Не знаю, понял он или нет мои мысленные посылы, но брови его на месте.

Жениху повезло, что невеста живет на третьем этаже, а не на десятом. Пройти столько испытаний и не лопнуть от смеха – настоящий подвиг.

В один момент, когда концентрация гостей на узкой лестнице становится максимальной, мы с Ромкой оказываемся рядом. Он стоит на ступеньку ниже. В моих руках плакаты, вырезки для конкурсов и самообладание. Будто бы нечаянно Ромка касается руки, ждет моего внимания, потому что все ступеньки до этого я усердно помогала ведущей.

— Ты очень красивая! – произносит громким шепотом.

Я делаю вид, что из-за шума не могу разобрать его слова:

— Что? – опускаю взгляд на него.

— Ты очень красивая, – он произносит громче, как раз попадая в тот момент, когда группа поддержки слушает новое задание.

— Так, свидетель! – замечает ведущая, что Ромка до сих пор не наклеил кусочек пазла на открытку, и вообще он должен стоять с женихом. – Клейте сердце, а не свидетельницу!

Ее слова вызывают смешки среди присутствующих. А мне совсем не смешно, щеки покалывает приятным теплом.

Ромка улыбается, глядя мне в глаза:

— Этим и занимаюсь, госпожа ведущая!

А дальше – все!

Все как в тумане.

Я постоянно путаю реквизит, мысли и ноги. Благо остается последний пролет, с которым жених, свидетель и группа их поддержки справляются быстро. Где-то откупившись, а где-то своими силами.

Последнее задание – самое сложное.

Из двери Ленкиной квартиры торчат несколько цветных лент, и жених должен выбрать ту, к которой за руку привязана невеста.

Сашка находит ее только с третьей попытки. Сперва он вытягивает Ленкину бабушку, потом еще какую-то родственницу и только после – саму невесту. Их встреча так трогательна, что я не сдерживаю слез и, умиляясь, радуюсь за подругу. Долгожданный поцелуй жениха и невесты взрывается аплодисментами и возгласами «Горько!».

Люди такие красивые, когда счастливые!

Фотограф бесконечно щелкает кнопкой, глядя в объектив.

— А теперь отдельно, свидетель со свидетельницей! – он просит встать нас с Ромкой ближе, отчего мне немного неловко.

Старательно забытая мною бездыханная близость.

— Да вы идеальная пара для обложки свадебного журнала. Свидетель, может, возьмете девушку за руку?

Поглядываю на Ромку, который заметно наглеет, но делает вид, что он просто послушно осуществляет просьбу фотографа.

— Невеста! Ой… свидетельница, улыбнитесь, пожалуйста! – просит фотограф и делает несколько щелчков. – Для истории.

Улыбаюсь. Для истории, которой больше нет.

Санта Клеопатра! Из-за Ромки я стала меланхоликом.

Фотограф еще раз щелкает кнопку и отвлекается на других гостей, а мы продолжаем стоять, держась за руки. Пытаюсь вытянуть свою, но Ромка сжимает ее крепче и топит меня в своих глазах, океанских синих:

— Прости меня, Верон! Мне очень тебя не хватает. Я звонил много раз…

— Я не отвечаю на незнакомые номера, – аккуратно убираю руку и с искусственной улыбкой сбегаю к невесте.

Только бы не разреветься! Почему так больно слышать его слова? Он будто содрал корочку на ране и беспокойно наблюдает, как она кровоточит.

А еще регистрация и банкет. Как все выдержать?

Ведущая объявляет свободное время до ЗАГСа возможностью покататься по городу. Поэтому мы садимся по машинам. В первой – жених и невеста, во второй – я и Ромка, а в третьей подружки невесты и друзья жениха. Под сигналы клаксона мы уносимся прочь со двора.