Мой Рим - Верона Виера Страница 85

— Издеваешься, да?

— Угу! – я киваю и касаюсь костяшек его руки.

Рома закрывает глаза, отворачивается в сторону, но затем обреченно выдыхает и разворачивается ко мне. Смотрит пристально в глаза и, не опуская взгляд, щелкает замком. Как только чувствую расслабленность ремня, сбегаю на улицу от Ромки и его губ, что тянутся ко мне. Под ногами хрустит не наст, а мои засохшие когда-то крошки. Сыплюсь бессовестно и снова взрываюсь сердечками, но не подаю вида, когда Ромка выходит из машины и берет за руку.

— Вперед, красота, вино просто так не наливаю!

Боже. Мне нужен пластырь. Упаковка!

* * *

Работа оказалась невероятно скучной. Ромка посадил меня на втором этаже. Говорит, в этом платье я как красная тряпка в стаде быков. Под быками он имеет в виду одну из трех компаний молодых людей, которые сидят на первом этаже, расслабленные за бутылками пива, и весь вечер не спускают с меня глаз. Сам Ромка в баре проводит ревизию с Лешкой и с еще одним барменом.

Если бы я была директором, то уволила этого Санчо Панчо. Небось настучал уже Никите, что я в баре и не упускаю Ромку из вида. А этот хоть бы предупредил, чтобы я не наряжалась. Действительно помогла бы с ревизией. Считаю я неплохо, легко бы справилась с этой задачей.

В понедельник тут пусто, но Ромка совсем не расслаблен. Он носится как потерпевший от барной стойки ко мне, постоянно проверяя, нужно ли чего: сок, кофе, минералку.

— Может, я у тебя в квартире поработаю, телевизор посмотрю? – Он усмехается на мои слова. – Вообще-то это очень сложная работа, смотреть телевизор без тебя. Не надо смеяться!

— Ладно, ты права. Пойдем, провожу.

— Ром, я помню дорогу. Ты лучше быстрее заканчивай и приходи.

— Хорошо. Тогда попрошу Леху проводить, пока заполняю таблицу.

— Нет, я лучше сама, – настаиваю. Вообще не хочу больше видеть этого двуличного типа.

— Не обсуждается, детка. – Ромка недовольно вздыхает. – Уже темно.

Ладно, все равно хотела высказать Лешке все, что о нем думаю, без свидетелей.

* * *

Накинув пальто, я выхожу вместе с ним на улицу и по пути ищу подходящий момент, чтобы заговорить. Но Леша первым начинает разговор:

— Как Карина поживает?

— А почему ты сам у нее не спросишь? Так и будешь прислуживать Никите и доедать за ним крошки?

— Не понял.

Мы заворачиваем за угол и медленно шагаем вдоль стены.

— Ты же знаешь, что он просто использует Карину. А я вижу, что она тебе нравится.

— Но я ведь ей – нет!

— А ты у нее спрашивал? Сомневаюсь. Никита действует исподтишка, а ты не действуешь совсем. Плывешь как… куда толкнут, туда и плывешь. Еще и шпионишь за мной для него.

— Я не…

— Ты просто – не!

Мы подходим к двери, и я, открыв, бросаю напоследок равнодушный взгляд.

— Если с Ромкой что-то случится из-за Никиты, ты пойдешь как соучастник, – он смотрит не менее равнодушно и делает вид, что мои слова безразличны. – Девушки любят за поступки, а ты пока – просто тень Никиты, поэтому Карина видит только его.

Включив в коридоре свет, я закрываю перед Лешкой дверь.

Оглядываю квартиру. Что-то поменялось.

Санта Клеопатра!

Нет надписи на стене. Лучше бы сменил диван.

И зачем я так наряжалась? Телевизор могла и в джинсах посмотреть.

Мою руки и включаю кофемашину. Ромка звонит, я считаю до пяти и отвечаю.

— Ты демотивируешь моих сотрудников! Что ты такого Лехе сказала, что он стал внезапно молчаливый?