Королевы детектива - Мари Бенедикт Страница 102

Агата берет конфетку из золотистой коробочки и задумчиво произносит:

— И почему это в театре всегда тянет на сладкое?

— Лично у меня эта тяга одним лишь театром не ограничивается. Я не прочь полакомиться сладеньким в любом месте, – отзываюсь я.

Мы дружно прыскаем со смеху и продолжаем наблюдать за редеющей толпой в зале. Перед представлением мы, стараясь не привлекать внимания зрителей, показывали билетерам и буфетчикам фотографию Мэй и Селии, которую я позаимствовала у сестер погибшей девушки. Подруг, однако, никто не вспомнил. Теперь все наши надежды возлагаются на сэра Альфреда Чепмэна.

Спустя несколько минут Агата произносит:

— Идем?

В вестибюле мы направляемся в противоположную от входа сторону, но в начале служебного коридора путь нам преграждает вахтер:

— Прошу прощения, дамы. Публике сюда нельзя.

— На представление нас пригласил мистер Бэзил Дин. И он попросил нас зайти после спектакля за кулисы и оставить для него подписанную книгу сэру Альфреду Чепмэну, – самым своим высокомерным тоном заявляет Агата. С учетом ее привычной сдержанности не перестаю удивляться, сколь стремительно она может перевоплотиться в особу, подобную Мэдж. Наверное, это у них семейное.

— А! – уважительно кивает мужчина. – Но мне все равно необходимо справиться у сэра Альфреда.

— Разумеется, – тоже кивает подруга. – Ничего страшного, мы подождем.

Стоит вахтеру удалиться, оказавшись вне пределов слышимости, я тихонько говорю Агате:

— Мэй должна была проходить за кулисы тоже здесь.

— Да. Не удивлюсь, если девушки и сидели в тех же самых креслах, что и мы. Насколько я понимаю, владельцы театров имеют обыкновение на каждом представлении придерживать несколько мест на случай, если в последнюю минуту пожалуют какие-нибудь знаменитости или политики. Если билеты остаются невостребованными, они отдают их друзьям или коллегам.

Следует ли мне рассказать подруге о своем визите к Луису Уильямсу? Вопрос этот терзал меня на протяжении всего спектакля, и в антракте я уже собиралась объясниться, однако мне очень не хотелось расстраивать Агату. К тому же я понимаю, что не должна была наведываться в «Страховое бюро Мэтерса», предварительно не посовещавшись с Королевами. Как-никак, после того, как мы с Марджери посетили ателье мадам Изобель, не предупредив остальных, нам ясно дали понять, что действовать необходимо сообща. Но теперь, когда мы вот-вот встретимся с сэром Альфредом – бесспорно, важным свидетелем, поскольку его имя за последнюю пару дней упоминалось дважды, – я осознаю, что от признания уже никуда не деться. В первую очередь потому, что нам нельзя спрашивать продюсера о Мэй напрямую, ибо он связан с семьей Уильямс. Ведь таким образом мы выдадим, что подозреваем Луиса, и тот, будучи предупрежден, наверняка попытается замести следы, что совершенно недопустимо.

— Агата, вы только, пожалуйста, не сердитесь, но сегодня днем я заходила в «Страховое бюро Мэтерса».

— После нашего возвращения в Лондон? – недоверчиво уточняет она.

— Да. Поддалась безумному порыву.

— И какую же цель вы преследовали, Дороти?

— Да просто хотела посмотреть на нашего главного подозреваемого. Вы не поверите, но Луис Уильямс тоже упомянул сэра Альфреда!

У нее понимающе округляются глаза, и я торопливо продолжаю: