Королевы детектива - Мари Бенедикт Страница 103

— Сэр Альфред – друг семьи Уильямс, и именно он щедро снабжает Луиса билетами. Так что, полагаю, можно смело утверждать, что Мэй и Селия воспользовались билетами, которые деловой партнер мистера Дина изначально передал Уильямсу-младшему. И сэр Альфред наверняка и есть тот человек, которого Мэй по просьбе Луиса ходила поблагодарить за оказанную любезность. Еще одна связующая ниточка между убитой девушкой и сыном магната!

Подруга не сводит с меня взгляда, однако не произносит ни слова.

— Вы возмущены, Агата? – спрашиваю я.

— Да, Дороти, я возмущена тем, что вы не взяли меня с собой.

Я испытываю некоторое облегчение:

— Так вы тоже были бы не прочь наведаться туда?

— Разумеется. Не отказалась бы от возможности присмотреться к нашему подозреваемому, подметить в нем те неописуемые черты, что столь многое говорят о человеке.

— Ах, Агата, теперь я раскаиваюсь еще сильнее. В его конторе мне не помешала бы лишняя пара глаз и ушей. Особенно таких, как ваши.

— И к каким же выводам насчет Луиса вы пришли?

— Нисколько не сомневаюсь, что он каким-то образом причастен к исчезновению Мэй. Вот только нам следует воздержаться от упоминания Уильмсов в разговоре с сэром Альфредом. Он может все рассказать Луису.

Длинный коридор оглашается стуком тяжелых башмаков, и перед нами вновь предстает вахтер:

— Сэр Альфред примет вас.

Мы следуем за мужчиной, и я обращаю внимание, что по мере нашего продвижения отделка становится все проще. Блестящий дубовый паркет в местах для публики сменяется более практичным сосновым, а контрастная цветовая палитра из белого, золотого и багряного скуднеет до белого и янтарного. И никаких хрустальных светильников – только неброская медь. За полуоткрытыми дверьми располагаются гримерные, в которых актеры и актрисы сейчас смывают грим, и я замечаю, что зачастую их настоящие лица гораздо старее или моложе сценических образов. Мне приходится заставить себя не таращиться на них.

Когда вахтер останавливается и поворачивает дверную ручку, от директорского кабинета я уже многого и не ожидаю. Тем не менее вступаем мы в роскошную, отделанную деревянными панелями библиотеку, которая не показалась бы неуместной даже в какой-нибудь усадьбе или процветающей адвокатской конторе. И я напоминаю себе, что в распоряжении сэра Альфреда подлинная армия театральных мастеров, способных соорудить какие его душе угодно декорации.

И надо сказать, оформление кабинета вполне соответствует его хозяину. Пепельный блондин с усами такого же цвета, сама непритязательность, в твидовом костюме-тройке, сэр Альфред смахивает на эдакого доброго дядюшку или благонамеренного наставника. В то время как настоящее амплуа – театрального импресарио, подразумевающее, насколько мне видится, бурные вечеринки, несметное количество алкоголя, молоденьких актрисочек и пышные шелковые одеяния, – этому человеку как будто и не отвечает.

— Добро пожаловать, дамы. Друзья мистера Дина – мои друзья, – приветливо возвещает он.

— Мы очень признательны, что вы нашли время принять нас, – воркует Агата. – Я миссис Маллоуэн, а это моя подруга миссис Сэйерс. С вашим деловым партнером мы познакомились в Эбни-Холле, в доме моей сестры.

— Мистер Дин любезно предоставил нам билеты на сегодняшнее представление, а в благодарность попросил лишь подписанный экземпляр одного из моих детективов. – Я вручаю хозяину кабинета «Пять красных селедок» с автографом.