Дороже жизни - Георгий Кубанский Страница 102

Барбос схватил жесткой рукой Наташу за шею. Девушка побледнела от боли и обидного сознания своей беспомощности. Она хотела что-то сказать – и не могла. Невольные слезы скатились по ее щекам…

Этого Володя выдержать не мог. Горячность прорвалась в нем внезапно и мощно, сметая все доводы рассудка. Пригнув голову, он бросился на Барбоса. Свалил юношу удар рукояткой пистолета по голове…

…Володя очнулся. Голова его лежала на коленях у Наташи. С трудом раскрыл он глаза. Сазонов повернулся к нему спиной и зачем-то поправлял догорающие в костре головешки.

Немой стоял в стороне и смотрел на происходившее равнодушно, как посторонний.

Барбос поднял пистолет, навел его на Володю и сипло спросил:

— Говоришь… не выстрелю?

— Нет! – мотнула головой Наташа, прижимая к себе товарища. – А хочешь сам получить пулю в лоб… стреляй.

Володя увидел черный глазок дула и почувствовал, как лежащая на его лбу рука Наташи похолодела, стала влажной. В памяти его с изумительной быстротой и отчетливостью пронеслась вся недолгая жизнь: проводы отца на фронт, школа, походы за Оку, Кавказ, двухцветный зал горного училища, получение комсомольской путевки, веселый шумный эшелон… Володя собрал всю свою волю, силой отстранил тяжело дышащую Наташу, приподнялся и осипшим, срывающимся от волнения голосом произнес:

— Стреляй!..

Барбос с ненавистью уставился в искаженное и вместе с тем решительное лицо юноши. Наташа замерла…

И вдруг над ними с упругим шмелиным жужжанием пролетел камень, с силой ударился о землю и отскочил далеко в сторону.

Володя и Наташа радостно выпрямились. Пустить камень с такой силой Васька не мог.

— Федя! – закричали они, перебивая друг друга. – Назад, Федя. Они с оружием!

Барбос выругался и выстрелил наугад в кусты. Еще раз.

— Хватит! – резко остановил его Сазонов, поднявшись наконец от костра. – Убери пистолет. – А вы… – Он подошел к Наташе и Володе. – Запомните: шутки с вами кончены. Если что… мальчики у меня решительные. Учтите это дело.

Сазонов окинул их недобрым взглядом, потом поднял с земли очки Володи.

— А это мы приберем, – сказал он. – До времени.

— Я не могу идти без очков! – запротестовал Володя.

— Сможешь, – оборвал его Сазонов. – Меньше прыгать будешь. Герой!

И передал очки Барбосу.

Сазонов и Барбос отошли к Немому, по-прежнему безразлично наблюдавшему за происходившим на поляне.

Потеря очков настолько подавила Володю, что он не заметил легкого толчка в бок.

— Смотри, смотри! – горячо шептала Наташа и толкала его все сильнее. – Смотри же! На камень!

Как ни щурился Володя, как ни напрягал свое слабое зрение, без очков он не мог увидеть того, что так взволновало Наташу. Почти у самой верхушки огромного камня, под которым догорал костер, вспыхивал и гас яркий солнечный зайчик.

— Сигналит кто-то! – шептала Наташа дрожащим от счастья голосом. – Азбукой Морзе… Читаю. Записывай.

Она коротко и опасливо оглянулась на Сазонова. Тот горячо спорил о чем-то с Барбосом, почти не обращаясь к стоящему рядом Немому.

— Г… А… Г… А… – читала Наташа. – Еще Г… А… – На тонком, выразительном лице девушки радость сменилась удивлением. – Еще Г… Семерка… Двойка… А… А… Семерка… Семерка… А… А… что-то непонятное… А… А… Двойка… Семерка… Г… А… А… Г…

Продолжая спорить с Барбосом, Сазонов случайно повернулся и перехватил неподвижный взгляд Наташи. Проследив его, он посмотрел на скалу и увидел таинственные сигналы.