Тайный ликвидатор - Валерий Шарапов Страница 11

— С возвращением, Андрей Николаевич, – поприветствовал он начальника и снова погрузился в писанину.

Андрей сел за свой стол, мрачно оглядел подчиненных. Устраивать разнос особо не хотелось – люди работали как могли, тащили на себе непосильный воз. Подняла голову из-за стола Светлана Каретникова. Она смотрела не мигая, с какой-то вселенской библейской скорбью.

— Все в порядке, Андрей Николаевич?

— Относительно, – отозвался он. – По голове не погладили, но и не разогнали весь отдел к чертям собачьим. Разрешили работать дальше – наверстывать упущенное. Мягко посоветовали в следующий раз обходиться без стрельбы.

— Полежаев умер…

Капитан вздрогнул, сглотнул. Вселенская скорбь в глазах Светланы становилась какой-то всеобъемлющей.

— Врачи пытались что-то сделать, но у него внутри все в клочья… Буба бил не просто так, а с вывертом, с прокручиванием. При последнем ударе просто тащил лезвие по печени и кишечнику… Удивительно, что парень еще дышал на операционном столе… Остались мать, молодая жена, которой скоро рожать. Коллеги им еще не сообщили, видимо, ждут, что это сделает кто-то другой…

Светлана подавленно замолчала. Риторический вопрос застыл в глазах: почему по вине каких-то негодяев люди вынуждены умирать в мирное время? Младший сержант Полежаев, добрый, наивный, идеалист, еще не вникший в милицейские фишки.

Несколько минут печально молчали, только Луговец постоянно откашливался, пил какие-то таблетки. Помалкивал Пантелей Скляров – он уже переоделся, вышел из образа деревенского пьяницы. Светлана украдкой бросала на Андрея «ничего не значащие» взгляды. То, что она тайно влюблена в своего начальника, знали даже зэки, сидящие в КПЗ. Но довольно странная была эта влюбленность. Светлана томно не вздыхала, не смотрела с поволокой во взоре, не пыталась за ним ухаживать, подкарауливать после работы. Но всегда в трудную минуту оказывалась рядом, пыталась как-то помочь, оказаться нужной. Иногда это раздражало, иногда принималось как должное. Мучилась не по-детски, когда он запретил ей участвовать в операции, – и это все видели. Переживала за него, места не находила.

Спутника жизни у девушки не было. У капитана тоже не было. Но все равно – зачем ему такое счастье? Но свою сотрудницу Некрасов ценил. Невзирая на все сопутствующие недостатки, она была умна. Настолько умна, что порой диву давался. Несколько лет назад Светлана окончила школу милиции в Красноярске, вернулась в родной Качинск. Мечтала стать следователем, но как-то застряла в должности оперативника. Не сказать, что она украшала отдел, но свежесть в атмосферу вносила.

— Буба не объявлялся? – после долгой паузы спросил Андрей.

— Пропал, – выдавил Луговец. – Ищут пожарные, ищет милиция… Он, сволочь, точно на дно ушел. Знает, что мы все силы на его поиски бросим. Заляжет в какой-нибудь укромной норе, будет отлеживаться.

— Это не повод его не искать, – отрезал Некрасов. – Надо работать с осведомителями, пусть пашут, как рабы на галерах, – за что мы их от уголовного преследования отмазываем? Вадим, намек понял? Чей человечек нашептал нам про улицу Красных Партизан?

— Да понял я, – поморщился Сиротин. – Только объясни мне, бога ради, командир – какого хрена Буба станет шептать моему человечку, где он заляжет на дно? Это лежбище тайное, только Буба про него знает.