Фиаско Красной Шапочки - Елена Логунова Страница 112

— И винил в этом моего отца, — предположил Вильерс. — Считал, что тот его подставил, не уберег, а сам благополучно свалил на Запад и забыл. Эта обида и мысль о «справедливом вознаграждении» тлела в нем все эти годы.

— А как узнал о капсуле Ковентри? — спросила я.

— Не удивлюсь, если тоже от Петрова, — рассудила тетушка. — Не получив ответа от одного англичанина, он мог попробовать продать тот же секрет другому, о деятельности которого, вероятно, что-то знал, раз в свое время помогал Вильерсу.

— И люди Ковентри его убили! — подхватила Ирка. — А компромата при нем не нашли и принялись тот искать!

— Кажется, теперь мне все понятно, — немного подумав, сказала Марфинька. И не удержалась, опять спросила: — Но куда же делась капсула?!

Спать не легли — упали. Мадамы и зарубежный гость разместились внизу, а мы с Иркой на последнем издыхании вскарабкались по крутой лестнице в светлицу. Платье я стягивала уже с закрытыми глазами, так что отлетевшую пуговицу не увидела, но услышала, как она запрыгала по полу. Успела еще подумать: надо ее поднять, а то кот, большой любитель погонять жучков, закатит ее куда-нибудь — ищи потом…

Не подняла, конечно: сама упала. Уснула, кажется, раньше, чем долетела до подушки.

И так же резко проснулась!

Уже светало. Розовые солнечные лучи отражались от жести крыши под окном, настойчиво лезли в окно — то даже скрипело. Я подняла голову: на форточке сидел кот, похоже, раздумывая о чем-то. По позе и не поймешь, пришел, уходит или просто злокозненно развлекается, катаясь на скрипучей форточке над моей головой.

— Ты уже определись, туда или сюда, — попросила я его сердитым шепотом. — Хорош скрипеть, как несмазанная телега!

— Ма!

— Манеры мои тебе не нравятся, неужели? — Я села и пошарила рукой у кровати в поисках тапки. Она мягкая, но с хорошей аэродинамикой. Прилетит точно в цель, но этой самой цели не повредит.

Кота имело смысл прогнать из комнаты, пока скучающий поганец не перешел от катания на скрипучей форточке к хоккею с пуговицей…

Пуговица! Кот!

Мысль, которая разбудила меня своим настойчивым трепыханием в подсознании, выскочила из глубин мозга и ослепительно блеснула!

Тапка, тоже взлетевшая, не попала в кота.

— Ми! — ехидно высказался он по поводу моей меткости, развернулся и бухнулся на крышу — прогнувшаяся под увесистой тушкой жесть бухнула пушкой.

— А вот и не мимо, — возразила я, правда, не по поводу тапки, и встала с кровати.

Я не бессовестный кот, никого разбудить не хотела, поэтому оделась бесшумно и по лестнице из светлицы спустилась не по скрипучим ступенькам, а по перилам. Думала, выйду из дома тихонечко и вернусь, пока все спят.

Не вышло.

— Ты куда это? — шепотом спросила Ирка, шлепая по ступенькам с тапками в руках.

Я не стала запираться:

— Нужно срочно проверить одну идею!

— Где именно? Ага, ясно. Я с тобой.

Я как раз сняла с гвоздика ключи от квартиры Марфиньки, и Ирка поняла это совершенно правильно.

Мы обулись, сдернули с вешалки курточки и мышками вышмыгнули за дверь.

— На машине или на метро? — Уже во дворе Ирка посмотрела на часы. — Оно уже открылось.

Был всего лишь шестой час, Золотой треугольник, ареал обитания зажиточных петербуржцев и пафосных туристов, еще дремал. Я прикинула, какова вероятность в такое время встретиться с патрулем ГИБДД, и решила, что ею можно пренебречь: