Скверное место. Время московское - Вадим Тихомиров Страница 114

— Прошу прощения, Марья Сергеевна. – Запыхавшийся Степанов хоть и чувствовал себя уже отчасти свободным человеком, но правила субординации решил не нарушать. – Виноват. На телевидение ездил.

— Генералу будете объяснять. Быстро к нему.

В кабинете начальника УВД было тепло и как-то по-домашнему уютно. Пахло душистым травяным чаем и мятными пряниками. Видимо, генерал только что устраивал перекус.

— Товарищ генерал! Старший лейтенант милиции Степанов по вашему приказанию прибыл.

— Садись, Степанов. Вот скажи, ты ведь журналистом был, и, говорят, неплохим, зачем в милицию пошел?

— По семейным обстоятельствам, товарищ генерал. Детей было нечем кормить, вот и пошел. Здесь какая-никакая, но материальная стабильность.

— Да вроде твои бывшие коллеги не жалуются на жизнь, пишут всякие заказные материалы, и ничего, даже машины покупают.

— А я вот как раз и не хотел писать заказные материалы. Те, на кого пришлось бы работать, уж больно осклизлые. Не отмыться после рукопожатия.

— А в милиции что, по-твоему, все чистенькие и гладенькие?

— В милиции я вроде как на государство работаю. Ни честью, ни достоинством здесь торговать не приходится, по крайней мере на моей должности.

— Это потому, что твоя должность самая маленькая во всей пресс-службе… или я что-то путаю?

— Так точно. Должность старшего лейтенанта.

— То есть потолок для тебя?

— В данной ситуации именно так, а там видно будет.

— А что ты скажешь по поводу Протушнова?

— А что тут говорить, и так все ясно.

— И чего тебе ясно?

— Ясно, что пресс-служба осталась без руководителя.

— Ты что, жалеешь его?

— Нет. Человек он был… как это сказать… так себе… Хотя после драки кулаками не машут. И топтаться на нем я не буду.

— А скажи честно, ты был в курсе, что он присваивает выручку?

— Да уж если само УВД было не в курсе, я-то откуда мог знать?

— Разумно. Какие, по-твоему, выводы надо сделать?

— Финансовую дисциплину надо повышать. Самого факта жульничества могло бы и не случиться, если бы в нашем финансовом управлении был налажен контроль за поступлением и расходованием средств. Ведь потребовалось несколько лет, чтобы только понять, что газета, которую выпускает на собственные средства УВД, приносит не только затраты, но и какие-то копейки за реализацию тиража.

— Да, ты прав. Там уже кого надо наказали. Деньги Протушнов уже вернул, а вот честное имя просрал навсегда.

— Это его выбор, воровать его никто не заставлял.

— И это правда. А скажи-ка, Виктор, как ты смотришь на то, если я тебя назначу начальником пресс-службы?

Степанов на несколько секунд потерял дар речи.

— Да ведь. Товарищ генерал. Я всего четвертый год в милиции, я же только старшего лейтенанта получил, а там должность подполковника.

— И что? Ты думаешь, когда я тебя приглашал сюда, не знал, что ты старлей? А должность начальника пресс-службы в регионах, я тебя уверяю, через пару лет министерство сделает полковничьей.

— Почему полковничьей? Это всего лишь пресс-служба. За что такие почести?

— Да потому что там, в министерстве, должность начальника управления по связям с общественностью генеральская. Есть люди, которые накручивают ее значимость, и они своего добьются. А если в Москве в управлении министерства сидит генерал, ему в подчиненные требуется кто?