Секретные люди - Николай Свечин Страница 118

— А вы говорили: в двух кварталах…

— Конспирация, – равнодушно пояснил Макаев.

В большой комнате, куда они прошли через пустую переднюю, на стуле сидел детина уголовного вида и крутил в пальцах кастет. А второй маячил у окна, держа руки в карманах.

— И который из них обер-лейтенант? – обернулся Анисимов к спутнику, кладя пальцы на кобуру. – На вид оба бандиты.

— Ца-ца-ца! – крепко взял его за рукав тот, кто стоял.

Князь пояснил:

— Они и есть бандиты. Силовой отдел нашей организации. Этот – Главанаков, мой ближайший помощник. А на стуле сидит Федька Худенький. Обращаться с кастетом умеет очень хорошо. Так что… ответьте на пару вопросов.

— Каких еще вопросов?! – крикнул подполковник, почувствовав, как у него подогнулись от страха ноги. – Вы так с дворником разговаривайте, а не со штаб-офицером!

Но резидент отошел в сторону и кивнул Главанакову.

— Вопрос первый: где сейчас Лебедев? – спросил фартовый, не разжимая рук.

— Какой еще Лебедев?

— Василий Иваныч, начальник Восьмого делопроизводства Департамента полиции. Ты же у него, сволочь, служил перед войной чиновником для письма.

У контрразведчика похолодело внутри, но он продолжил отговариваться:

— Я знаю только одного Лебедева, интенданта Гвардейского корпуса. И он Павел Аркадьевич. Ах да, есть еще Лебедев в Главном артиллерийском управлении. А этого, которого ты назвал… как уж?

— Василий Иванович, – подсказал второй фартовый, вставая и заходя Анисимову за спину.

— Но…

Подполковник обернулся к нему, но договорить не успел: Главанаков сзади ударил его ножом под лопатку…

Всего этого сыщики еще не знали. Однако вместо того, чтобы ехать в полицейский морг, Лыков первым делом направился на Гончарную. Причем выгреб из стола браунинг и велел вооружиться помощнику. Пояснил:

— Они могут прийти к Белову, чтобы свести счеты и с ним. Анисимов же у Лукича снимал квартиру. И к Сапогину его Лукич направил.

— Точно, – вспомнил Сергей. – Помчали быстрей. Хоть бы там не опоздать…

И они едва успели. Подходя к дому, сыщики заметили на углу с Полтавской финские сани.

— Погодь-ка, – вспомнил статский советник. – Тогда, в первую мою встречу с Пашкой Бравым, он тоже умчал от меня на вейке.

Они обошли дом с другой стороны и ринулись в подъезд. Наверху кто-то разговаривал злым голосом. Удалось различить слова «ты кого нам сосватал, братское чувырло?». Махом взлетел Алексей Николаевич на третий этаж и наткнулся на фартового вице-резидента. Главанаков тряс бледного Лукича за грудки. Увидев неожиданную подмогу, он толкнул осведомителя на Алексея Николаевича и хотел проскочить мимо него вниз. Однако там негодяя поджидал Азвестопуло.

Пашка попятился к другой двери и принялся махать финкой:

— Ну, подходи, кому жить надоело!

Лукич мгновенно спрятался в своей квартире и щелкнул замком. Сыщики стояли напротив Бравого и рассуждали. Алексей Николаевич сказал Сергею:

— Хочу его убить, здесь. Наверняка это он зарезал Ивана Федоровича.

— Нельзя убивать, надо сперва допросить, – возразил Азвестопуло. – Обычного атамана я бы и сам приговорил. Но он германский шпион. Много знает.

— Да мы чуть не год за ним следили, все, что он знает, знаем и мы!

— Все, да не все, – настаивал коллежский асессор. – Так и так гниду вздернут. Зарезать офицера в военное время – висельное дело.