Сеть Гефеста - Александр Андрюхин Страница 121

— Милиция обыскала дом?

— Обыскала.

— Ты успокоилась?

— Да.

— Тогда почему ты не перезвонила мне? Я был еще в Казани! Торчал в аэропорту. Из-за твоей дурацкой выходки я отменил очень важные переговоры. Ты хоть это понимаешь?

Лицо Лианы сделалось виноватым. Она мягко поднялась с дивана и подошла к мужу. Прильнув щекой к его небритой скуле, она плаксиво прошептала:

— Бог с ними, с переговорами. Зато мы снова вместе.

Трясясь от негодования, Кирилл набрал полную грудь воздуха, чтобы разразиться грубой бранью, но в последующую секунду раздумал. Внезапно он понял, что это бессмысленно. Она действительно ничего не понимает и никогда уже ничего не поймет. Она всю жизнь жила в мире своих иллюзий, и ее уже ничто не вызволит из этого состояния.

— Я из-за тебя потерял большие деньги, – произнес он мрачно.

— Бог с ними, с деньгами. Главное, что мы снова вместе. Посмотри, какая у меня грудь, – произнесла она невинно, расстегивая халат. – У женщин моего возраста уже груди висят как две тряпочки, а у меня стоят, как два холмика. Где ты найдешь лучше?

«Какой толк от твоей груди, если она ни разу не кормила?» – с раздражением подумал мужчина. Хотя злости уже не было. Была досада. «С ней надо что-то делать», – подумал он.

— Где ты еще видел такую грудь? – не унималась она. – Ты ведь меня любишь?

«Ненавижу», – произнес про себя мужчина. Однако сделал над собой усилие и на выдохе выдавил:

— Да.

— Мы уже двадцать лет с тобой как голубок с голубкой, – проворковала она, усаживая его в кресло и по-детски забираясь к нему на колени. – Другие столько не живут. Ведь правда?

— Правда, – буркнул мужчина, хотя правдой было то, что ему искренне хотелось скинуть ее с колен и дать пинка под толстую задницу. Почему он никогда не говорит ей правды? Потому что ей нельзя говорить правду.

— Тебе нужно показаться врачу, – мрачно произнес Кирилл.

— Зачем? – удивилась она.

— Но если у тебя галлюцинации, значит, ты больная.

Лиана сняла руки с его плеч и обиженно посмотрела в глаза.

— Почему ты решил, что я больная?

— Потому что тебе мерещится кровь.

— Мне не мерещится кровь. Я действительно ее видела.

— Куда же она делась?

— Не знаю, – хлопнула глазами Лиана и снова прильнула к мужу.

— Чем ты это объясняешь?

— Тем, что ты уехал и оставил меня одну, – ответила она капризно.

Кирилл снова заскрежетал зубами. Понадобились усилия, чтобы подавить в себе новую волну ярости. После этого он произнес как можно убедительнее:

— Пойми, ты не даешь мне делать дела. У нас куча долгов. Из-за тебя я уже в четвертый раз упускаю случай разбогатеть.

— Не в деньгах счастье, – произнесла она бессмысленную фразу.

«Нет, с ней бесполезно», – вздохнул мужчина и отлепил ее от себя. Он сел к камину и закурил. Двадцать лет вот такой жизни, дебильной и беспросветной. И ради чего?

Неожиданно ему пришло в голову, что у нее началось то же, что и у тещи. «Это у них наследственное, – пронзило его. – Точно!» Но почему он об этом догадался только сейчас, когда хлебнул полную чашу? Вот скотство! Полжизни нет. Зато осталась вторая половина, в которой ее не будет. Это Кирилл решил твердо. Ее место займет другая.

При мысли об Олесе в душе у Кирилла зацвели нарциссы. Если бы не Олеся, то сегодня бы он точно схлопотал инфаркт.

— Значит, говоришь, была кровь, а потом исчезла, – переспросил Кирилл с насмешкой, выпуская дым в камин. – И значит, по-твоему, это оттого, что я тебя оставил одну на два дня?