Белая стрекоза и три папы - Янина Корбут Страница 138

— Подожди, но как у тебя могли взять кровь? Возраст, да и потом… ты сама больна.

— Ничего у меня нет, — отмахнулась бабуля, усаживаясь на пластиковую сидушку. — Врач сказал, я еще застану восстание машин. А твоему Сашке кровь была экстренно нужна, не до возраста.

— Он не Сашка…

— Тем более! Подожди… как не Сашка? Мамуля рассказывала, что вы летом… А откуда же он взялся?

— Однажды я загадала его, и он сбылся, — просто ответила я. Ведь сама не могла до конца уместить в сознании события этой последней недели, которые противоречили всему, что я знала о Дубровском раньше. Может, я и смогла бы объяснить все, даже, возможно, нашла бы слова, чтобы убедить родных поверить Дубровскому. Но сейчас я сама чувствовала себя такой измученной и уставшей для того, чтобы не то что говорить, но даже и думать обо всем этом.

— Тогда понятно, — сочувственно вздохнула бабуля, наблюдая за мной внимательно, как научный работник следит за своим экспериментом. — Да не криви рот, плачь, если хочется. Хотя лучше радуйся! Врач сказал, операция прошла успешно, теперь дело пойдет на лад. До свадьбы все у него заживет.

Я вскочила, обняла бабулю, не зная, плакать мне или смеяться в самом деле. Хотелось сразу и того, и другого. Лицо пылало, сердце колотилось в груди так лихорадочно, будто кто-то барабанил изнутри по ребрам твердыми кулачками.

— Ба, спасибо тебе, спасибо! Но зачем ты придумала всю эту историю с болезнью?

— Ничего я не придумала! Я была уверена, что больна. Мне пришло официальное письмо.

Бабуля огляделась по сторонам и достала из сумочки письмо с французским штемпелем, которое я, выхватив, быстро пробежала глазами.

— Теперь понятно? — вздохнула бабуля.

— Но как ты узнала, что это не правда?

— Когда мы разоблачили бывшую Славки, что ему про одно яичко наплела, я вдруг подумала: а что если и меня так разыграли? Позвонила по телефону своей клиники, уточнила, когда они отправляли мне письмо, и оказалось — никакого письма не было! Эта гадкая Манон решила отомстить мне, напугав до полусмерти.

— Ужасная шутка! Но… получается, ты уже в деревне знала, что никакой болезни нет? Почему ничего не сказала? И продолжила ходить к Санычу на лечение травами?

— Ну…

— А-а-а, я, кажется, что-то понимаю…

Бабуля ничего не ответила, но вдруг покраснела и заявила:

— Все, я устала после сдачи крови. Мне срочно нужно в буфет. Восстановить силы чаем с печеньем. Хотя я бы не отказалась и от рюмочки коньячка. Тут рядом кафе. Может, пойдешь со мной?

Я вытерла слезы и, подмигнув, спросила:

— Выпьем за любовь?

— Ой, уже не надо лишних слов… — отмахнулась бабуля, лукаво глядя на меня через отсвечивающие синевой стекла очков. — Дарина, помни, жизнь полна чудес. И главное из них заключается в том, что мы сами можем их творить. А теперь пошли!