Королевы детектива - Мари Бенедикт Страница 15

— Даже как-то неудобно, – бурчит Марджери.

— Я не привыкла к такому обращению, – добавляет баронесса.

— Тогда покончим с этим абсурдом, – заявляю я и широким жестом обвожу рассеянные по банкетному залу кучки мужчин с одной лишь женщиной, Агатой Кристи. – Давайте же разнесем вашу чуму! Или хотя бы сделаем им прививку.

Я решительно веду женщин к Агате, занятой разговором с Гилбертом. Если председатель клуба мило поболтает с тремя дамами, возможно, для остальных мужчин это послужит необходимым грифом утверждения.

«Вот же бараны, – думаю я, качая головой. – С места не сдвинутся, пока их пастух не погонит».

Лавируя меж людских островков, я слышу перешептывания. Достаточно громкие, впрочем, чтобы мы четко разбирали каждое слово. Умышленно громкие, я бы сказала.

— Эй, посторонись, – предупреждает какой-то мужчина, отступая назад. Как будто мы и вправду разносим заразу.

— В Детективный клуб нельзя допускать всяких простаков, с ними о повышении статуса нечего и мечтать, – едва ли не шипит другой мужчина.

— Вы хотели сказать, простушек? – тихонько хихикает кто-то в ответ.

— А еще конкретнее, вот этих трех?

Далее следует безудержный смех, и я разрываюсь между тем, чтобы развернуться и отколотить обидчиков – к насилию я не прибегала с детства, со времени одной злополучной ссоры в отцовском доме, – или же удрать, уведя за собой и остальных трех женщин. Ужасно, что им приходится сносить подобные унижения и оскорбления. Как же глупо с моей стороны было надеяться, что план сработает!

Однако Эмма берет меня под локоть и подталкивает вперед, так что мы продолжаем двигаться к Агате и Гилберту. И все же у меня зарождаются сомнения насчет успеха собственной затеи. Примут ли члены клуба женщин даже с благословением председателя? Чего это будет стоить? Да и захотят ли женщины рисковать?

«Какой же у него звучный голос», – думаю я, когда мы приближаемся к Честертону.

Он разглагольствует лекторским тоном, словно выступает перед студенческой аудиторией или слушателями Би-би-си. И что-то мне подсказывает, что лекция эта Агате удовольствия не доставляет. Хм, да ее, похоже, спасать нужно, а не пристраиваться к разговору.

— Гилберт, – я улыбаюсь до ушей, – вы ведь знакомы с баронессой Орци, миссис Эллингем и мисс Марш, верно?

— Разумеется. Всегда рад видеть вас, леди, – отвечает он с театральным поклоном. – Хотя, признаться, я совершенно не ожидал узреть нынче вечером ваши очаровательные лица.

Решаю проигнорировать этот замаскированный под комплимент выпад, надеясь, что и остальные тоже возьмут себя в руки. Но стоит мне открыть рот, чтобы похвалить Честертона за устроенное представление и затем втянуть женщин в обсуждение церемонии, как он меня опережает:

— Увы, вынужден перед вами извиниться. Ваши фрейлины призывают вас, Агата. Как король, я отпускаю свою королеву.

Что, неужели и Гилберт участвует в этой игре? Удирает, едва лишь три писательницы оказываются рядом? Да еще называет себя нашим королем? От подобного поведения я аж лишаюсь дара речи. Учитывая все обстоятельства, должна ли я проглотить и это тоже?

Вместо того чтобы позволить председателю ускользнуть, и радоваться, что наконец-то отделалась от него, Агата расправляет плечи и упирается в Честертона взглядом. На какое-то мгновение глаза ее вспыхивают прежним огнем, да и твердость тона напоминает о тех днях, когда ее имя еще не угодило в газетные заголовки.