Пионерский выстрел - Игорь Томин Страница 16

— Спасибо, не надо. – Илья сел за стол, мельком оглядел исписанные мелким почерком листы. – Хочу спросить, как у вас прошел торжественный ужин в школе.

Глаза Косуло за толстыми стеклами очков заблестели.

— Кстати, про ужин… Вот у нас под Вязьмой был такой случай… – начал он с воодушевлением. – Я там первое ранение получил, когда…

— Извините, Иван Афанасьевич, – вежливо перебил его Илья. – Мне очень интересно послушать о ваших подвигах, но сейчас меня больше интересует именно позавчерашний вечер.

— Ах да-да, конечно! – спохватился ветеран. – Вечер был замечательный! Мы очень хорошо поужинали в школе, все такое торжественное, красивое. Потом часть наших уехали на автобусе в гостиницу, а мы, остальные, решили прогуляться.

— Кто именно остался гулять?

Ветеран поднял взгляд к потолку, вспоминая.

— Ну, я, конечно. Потом, Сёма, то есть Семен Петрович Лебедев, Тамара Николаевна Круглова… э-э-э, как его… Глеб Чернов… И еще человек десять, не помню всех фамилий. Мы успели уже подружиться за эти дни, а фамилии, знаете… – Он махнул рукой. – Фамилии тут большой роли уже не играют… Вот в сорок третьем я взял одного фрица в плен, Хагемайстер его фамилия. До сих пор помню, представляете?!

Илья с трудом его перебил:

— И куда вы пошли дальше?

— А-а-а-а, ну да! Дошли мы пешком до Стрыйского парка. Там, на краю парка, есть прекрасный ресторанчик «Спутник». Мы быстренько сдвинули три стола, заказали водки, закуски. И началось! – Он всплеснул руками. – Говорили, обнимались, вспоминали фронтовые годы, плакали… Потом даже танцевали! В общем, все было замечательно.

— Долго там были?

— Часа три, наверное. Уже ресторан закрываться стал, официанты нас вежливо попросили освободить столики. Ну мы всей толпой пошли дальше и пели песни по дороге! Сёма все своим фотоаппаратом щелкал, только успевал кассеты менять…

В голосе Косуло звучала неподдельная радость от воспоминаний.

— Пели «Катюшу», «Синий платочек»… Встречные прохожие улыбались нам, многие аплодировали. Представляете, какая была атмосфера!

— И потом сразу в гостиницу?

— Нет, еще на улице Франка заглянули в пивной бар. Успели выпить по кружечке пива на посошок. И уже совсем поздно вернулись в гостиницу, разошлись по номерам.

Илья кивал, улыбался, подтверждая, что отлично представляет себе то великое чувство, которое испытывали ветераны, гуляя по освобожденному ими городу.

— А скажите, Иван Афанасьевич, вы хорошо знали тех ветеранов, которые уехали на автобусе? Например, Ковальчука, Горюнову?

Косуло задумался, поправив очки.

— Мало их знаю, честно говоря. Не встречался я с ними на фронте. Люди вроде обычные, нормальные. Может быть, они вообще не воевали в окопах, как мы.

— Что вы имеете в виду?

— Понимаете, – объяснил Косуло, – должности в дивизии разные были. Ковальчук, например, мог быть при штабе писарем или еще кем-то из канцелярских. А Горюнова могла быть телефонисткой, сидеть в глубоком тылу при командире дивизии.

Он пожал плечами.

— Так что ветеран ветерану – рознь. Мы-то дрались в окопах, а кто-то штабные сводки переписывал. Но тем не менее…

Косуло сделал паузу и, придавая особую значимость своим словам, взял Илью за предплечье.

— Но тем не менее мы все – слышите? – все ковали победу. Кто как мог. В меру своих сил, в меру своей храбрости и отваги.