Пионерский выстрел - Игорь Томин Страница 17

— Понятно, – кивнул Илья, невольно краснея, словно ветеран упрекнул его в чем-то. – Спасибо за беседу. Извините, что отвлек от подготовки к телевидению.

— Да что вы, что вы! – снова замахал руками Косуло. – Всегда рад помочь. Если что еще нужно будет – обращайтесь! Я вам еще про Корсунь не рассказывал. Там такое было-о-о-о-о!

Илья поскорее вышел из номера. Косуло закрыл за ним дверь и сразу же вернулся к письменному столу, где лежало недописанное выступление.

В коридоре Илья остановился, поправил ладонью волосы, поискал в карманах брюк платок, чтобы вытереть проступивший на лбу пот. Глянул на часы и несколько мгновений стоял неподвижно, глядя на дверь номера, в котором жила Валентина.

Глава 11. Школьный музей

С утра Валентина Грайва отправилась в школу вместе с группой ветеранов. В автобусе она представилась директору и классному руководителю как корреспондент газеты «Советская культура», интересующаяся патриотическим воспитанием школьников.

— Очень благородная инициатива, – одобрительно кивнула директор, строгая женщина в строгом костюме. – Дети с таким энтузиазмом работали над музеем!

— А почему ветеранов разделили на две группы? – поинтересовалась Валентина.

— Музей у нас небольшой, – объяснила Инга Хаимовна, классный руководитель четвертого «Б». – В одном классе все двадцать человек не поместятся. Решили сделать два сеанса по десять человек каждый.

Школа встретила их торжественно. В коридорах висели стенгазеты и плакаты, посвященные встрече ветеранов. Музей боевой славы 701-й стрелковой дивизии располагался в обычном школьном классе, из которого вынесли парты и у стен установили стенды с экспонатами.

Экскурсию вел ученик четвертого «Б» класса Костя Сницарь – серьезный мальчик одиннадцати лет с аккуратно причесанными светлыми волосами и в отглаженной школьной форме.

— Добро пожаловать в музей боевой славы 701-й стрелковой дивизии! – торжественно начал он хорошо поставленным голосом.

Ветераны с умилением смотрели на юного экскурсовода. Валентина расположилась в задних рядах, внимательно наблюдая и за выступлением, и за реакцией присутствующих.

— Вот фотография бойцов вашей дивизии перед боем, – показывал Костя на черно-белый снимок. – А здесь – фронтовые письма, которые солдаты писали домой своим семьям…

Мальчик уверенно переходил от экспоната к экспонату: осколок снаряда, пустые гильзы, солдатский ремень, военный бинокль без стекол, портсигар с дарственной надписью командира дивизии, медаль «За отвагу»…

— А это особенно ценный экспонат, – продолжал юный экскурсовод, – медаль «За отвагу», которую…

Внезапно Костя замолчал. Он стоял перед одним из стендов, глядя на мутную фотографию, где были изображены люди в немецкой форме, позирующие перед горящей хатой. Мальчик густо покраснел, открыл рот, но не произнес ни слова.

— Костя, что случилось? – тихо спросила подошедшая Инга Хаимовна.

— Я… я не помню… – пролепетал мальчик, явно растерявшись. – Я забыл…

Наступила неловкая тишина. Ветераны сочувственно переглядывались. Один из них, седой мужчина в пиджаке с орденскими планками, подошел к мальчику и положил руку на плечо.

— Ничего страшного, сынок. Бывает у всех. Ты молодец, так хорошо рассказывал!

— Правильно! – поддержали другие ветераны и зааплодировали.