Над темной водой - Алексей Макеев,Николай Леонов Страница 160

— Здравствуйте. К кому вы? — Голос был сладким, но в нем уже звучал легкий барьер.

Гуров молча положил на стойку удостоверение с гербом МВД, прикрыв его ладонью.

— Полковники Гуров и Крячко. К Дмитрию Макарову. Он ожидает.

Девушка не дрогнула, лишь чуть сузились зрачки. Она взглянула на экран, провела пальцем по сенсорной панели.

— Мистер Макаров на месте. Пожалуйста, подождите минутку.

Она что-то быстро проговорила в гарнитуру, ее голос стал тише, почти шепотом. Через тридцать секунд из лифта вышел молодой мужчина в идеально сидящем темно-сером костюме. Не охранник — скорее личный ассистент или младший партнер.

— Господа полковники, добрый день. Дмитрий вас примет. Прошу за мной.

Лифт был обит натуральной кожей, двигался бесшумно и стремительно. На панели горела цифра 42. Крячко переглянулся с Гуровым. Ничего не было сказано, но диалог состоялся.

Вот он, новый уровень, думал Гуров, глядя на сменяющиеся цифры. Владелец ресторана давил грубо, по-совковски. А здесь — другая лига. Здесь давят деньгами, связями, имиджем. Здесь преступление оборачивают в легальность, а следствие встречают не угрозами, а холодной вежливостью. Это сложнее. Но суть та же: страх быть разоблаченным.

Лифт остановился. Двери разъехались беззвучно.

— Чувствуешь? — тихо спросил Крячко, когда ассистент вышел вперед, показывая путь по коридору.

— Что именно? — Гуров не отрывал глаз от спины проводника.

— Запах. Не парфюм. Запах денег. Стерильных, отмытых. И страха. Он здесь, в воздухе. Замаскированный, но есть.

— Страх — это хорошо. Значит, мы на правильном пути. Но он будет тщательно скрыт. Готовься к идеальной картине. К идеальным документам. К идеальному алиби.

— Ты думаешь, он уже все подготовил?

— Я уверен. Человек, который способен спланировать убийство с подставными фигурантами и химическим ядом, не станет ждать, пока к нему придут с вопросами. У него уже есть ответы. Наши вопросы он уже предсказал. Наша задача — задать те, которых он не ждет.

— Например?

— Не про «где ты был». Про «почему ты проиграл тот тендер». Про «как ты воспринял поражение». Про «что ты чувствовал, когда твой конкурент получил контракт». Мы пришли не как следователи к подозреваемому. Мы пришли как… интересующиеся коллеги. К бизнесу. К его репутации. Его реакция выдаст больше, чем любые бумажки.

Крячко усмехнулся.

— Психологическая диверсия. Люблю.

Ассистент остановился у массивной двери из матового темного дерева. На ней не было таблички. Он мягко постучал, затем открыл.

— Дмитрий, это полковники Гуров и Крячко.

Кабинет был огромным, но казался пустым. Минимализм в его самой дорогой и бесчеловечной форме. Панорамное окно во всю стену открывало вид на изгиб Москвы-реки и серое небо. Слева стоял длинный стол из цельного черного дуба, на нем — лишь тонкий ноутбук, стопка бумаг и скульптура из полированного камня неясной формы. Справа — зона для переговоров: низкий диван, два кресла, кофейный столик из стекла и стали. Ни книг, ни картин, ни личных фотографий. Пространство, где работал не человек, а функция. Функция под названием «Успех».

Дмитрий Макаров поднялся из-за стола. Он был чуть выше среднего роста, подтянутый, в темно-синем костюме тонкой шерсти, без галстука. Рубашка белая, манжеты с запонками. Лицо — правильное, с чуть высокомерным изгибом бровей. Волосы коротко стрижены, с проседью у висков, уложены с безупречной небрежностью. Он не улыбался, но и не хмурился. Выражение лица было нейтрально-вежливым, как у хирурга перед плановой операцией.