Рапсодия Богемской - Елена Дорош Страница 20

— Что?

— Шучу. Жди, пока не вернусь.

И добавила непонятное:

— Главное, чтобы я пришла первой.

— Уверены, что справитесь?

— Таких, как твой Вован, я в детстве убивала на месте. Из рогатки.

— Что за бред?

— Это не бред. Это классика. Ильфа и Петрова надо читать, деточка.

С этими словами Богемская вылезла из машины и слегка подпрыгивающей из-за протезов походкой двинулась к подъезду.

Вика осталась сидеть в машине.

Квартира Климова находилась на втором этаже. «Окна во двор, один выход», — сообразила Нонна и решительно надавила на кнопку звонка.

Через несколько секунд внутри кто-то завозился, поглядел в глазок, — Нонна сделала постное лицо, — и дверь открылась.

— Молодой человек! — не дав Климову раскрыть рот, начала на повышенных тонах Богемская. — Вы что вытворяете?! Вы меня залили!! Что у вас там?! Всемирный потоп?!

— Вы кто? — растерялся Вован, натягивая футболку.

— Конь в пальто! Я снизу соседка, неужели не ясно?

— А где протекает? — все еще плохо соображая, уточнил Климов.

— У меня в ванной, а у вас не знаю где! Идите, ищите!

Климов послушно потрусил в ванную в конце коридора, видимо рядом с кухней. Войдя следом, Нонна пошарила глазами и подняла с пола полуметровый тяжелый металлический рожок для обуви.

«Для этого слизняка сойдет», — подумала она, отправляясь следом и обратив внимание, что ванная комната снаружи запирается на обычную щеколду еще советского разлива.

В ванной Климов начал крутить кран и почему-то смотреть на потолок.

— Под ванной смотри! — скомандовала Богемская.

Растерянный Вован встал на колени, нагнулся, и вот тут Нонна изо всех сил ткнула его рожком в задницу. От неожиданности Климов ударился головой о чугунное днище ванны и, взвыв, повалился на пол. Не теряя времени, Нонна выскочила, задвинув щеколду, и стала ждать.

Через несколько секунд послышались площадная брань и бешеные удары. «Старая деревяшка — это тебе не китайская фанерка, главное, чтобы замок выдержал», — подумала Нонна, налегая на дверь снаружи.

Наконец Климов выдохся.

— Поговорим? — предложила Богемская, когда он затих.

— Чего тебе надо, лахудра старая?

— Вчера ты унес из дома на Кирочной одну вещь. Скажи, где она, я заберу и уйду.

Не ожидавший подобного поворота Климов ошарашенно молчал. Нонна ждала.

— Так это ты, что ли, хозяйка Виноградовой? — наконец выдавил он.

— Я. Так что? Где камень?

— Не знаю я никакого камня, дура старая! Ничего я не брал!

Снова бешеные удары в дверь и мат.

— Послушай, Владимир. Ты просто не понимаешь. Я спасти тебя хочу. Этот камень может быть очень опасен.

— Да иди ты знаешь куда!

— Если попытаешься его продать — а иначе зачем он тебе нужен, — к тебе придут очень нехорошие люди.

— Ага! Зомби апокалипсиса! Не мели чушь, старая идиотка!

— Скажи только, он у тебя или уже нет?

— Ничего я тебе не скажу!

— Ты уже отнес его куда-то? Да или нет, или будешь сидеть тут вечно! Я еще стулом снаружи подопру, не откроешь. Вода у тебя будет, а еды нет, да и вытяжка в ванной давно не работает. Замечал? Все стены в черной плесени. Задохнешься или умрешь с голоду. Разве этот камень стоит твоей жизни?

Еще несколько минут Климов ругался, изгаляясь на все лады, но почувствовав, что в крошечном помещении в самом деле становится душно, наконец сломался.

— Нету у меня камня. Загнал, — признался он.